Автор
Ловко бросив очередной камень на ледяную поверхность реки, Олег отметил, как тот трижды прыгнул и застрял между льдинами, пока не увяз в рыхлой снегу. Убедившись, что больше подходящих манёврных предметов нет под рукой, он понял, что для такого задумки необходим идеально гладкий и сильно изогнутый камень....
Допускать этого нельзя, надо встретить его раньше, разбив на подходе. Так что поторопись, я очень рассчитываю на твою помощь».
Добрыня аккуратно свернул письмо в трубку, бросил на стол, вздохнул:
– Вот такие пироги… Что делать будем?
Первым отозвался Руслан – скучающим, ленивым голосом произнес:
– А разве что-то требуется делать? Живем как жили, без нас обойдутся. Все, что касается левого берега, не наши проблемы. Не думаю, что нам придут на помощь в подобном случае.
– Верно! – добавил Борис Моисеевич, скуповатый завхоз поселка.
– Точно, – продолжил Руслан. – О нас вспоминают только тогда, когда им это выгодно. Когда хайты сидели под нашими стенами, ни одна собака не помогла.
– Следи за своим базаром! – возмутился Алик. – Это когда под твоими стенами хайты сидели? Что-то мне другое припоминается. Ты тогда со своими людьми в камышах прятался и молился, чтобы после нас за тебя не взялись.
Собравшиеся загудели, признавая правоту кузнеца. Его эмоциональное высказывание повернуло обсуждение в другое русло – люди, растерявшиеся после слов Руслана и Бориса, смогли взглянуть на проблему трезво, а не с позиции былых обид. Рита, единственная женщина, допущенная на совет, спокойно произнесла:
– А что станут делать хайты, когда выжгут левый берег? Я бы на их месте немедленно перебралась на правый, чтобы и с нами заодно покончить.
– А никак, – хмыкнул Алик. – Вон пускай Олег расскажет, как они пленных по степи гоняют, он в этом большой эксперт.
– Я уже сто раз рассказывал, – буркнул Олег.
– Нет, ты все же скажи, – настойчиво произнес Алик. – Твое мнение очень интересно.
Олег уже понял, что кузнец занял резко милитаристскую позицию, желая убедить всех в необходимости отправки военного отряда.
