Автор
Ловко бросив очередной камень на ледяную поверхность реки, Олег отметил, как тот трижды прыгнул и застрял между льдинами, пока не увяз в рыхлой снегу. Убедившись, что больше подходящих манёврных предметов нет под рукой, он понял, что для такого задумки необходим идеально гладкий и сильно изогнутый камень....
Но не плачь, греть тебя будут горячие мужские объятия, что гораздо приятнее. Что рожу кривишь? Или это так улыбаешься?
– Я всегда улыбаюсь при виде мужчин, которым нравятся объятия других мужчин, – хладнокровно заявила Аня.
Рог ничуть не обиделся, скорее наоборот:
– У-тю-тю! Да у нас голосок прорезался! И голосок неплох. Давненько я тебя не слышал. Эх, Анька, а ведь ты еще красивее стала, чем прежде! Я так понял: регулярная половая жизнь пошла тебе на пользу?
– Если ты столько времени с мужчинами спал, то тебе любая корова сейчас красавицей покажется.
Рог нахмурился, но ответить на этот выпад не успел– из-за дерева вышел мрачный Антон. Рубанув мечом, он снес несколько веток и угрюмо заявил:
– Может ты для разнообразия поработаешь немного?
– Не кипятись! Что, даже поговорить минутку нельзя? Неужто эта коза такая неприкосновенная?
Рядом затрещало – Вадик уцепился за сухую ветвь, пытаясь отломить ее от ствола.
– Твою мать! – не сдержался Гарик. – Не можешь осторожнее!
– Да что мне делать?! – сквозь слезы выдохнул Вадик. – Эта нога меня доконает! Болит с каждым часом сильнее и сильнее, не помогает твоя живица… Ни хрена не помогает!
– Так поосторожнее! Ты еще топором себя пару раз тюкни, а потом говори, что смола не помогает.
– Тихо! – рявкнул Рог. – Вот что… Вадик, топай под дерево и покажи свою ногу этой козе.
– А она разве доктор? – всхлипнул раненый.
– Нет, но посмотреть сможет. Все бабы хоть немного, но в этом понимают, на то они и бабы.
Развернувшись к девушке, Рог жестко заявил:
– Слыхала? И попробуй покочевряжиться, я на Антона не посмотрю, устрою тебе веселый вечер.
– Я не доктор, – буркнула девушка.
– А я не боксер. Но врезать могу хорошо. Так что посмотри, что у него там…
Аня поняла, что дальнейший спор бесполезен, да и опасен.
Морщась и всхлипывая, Вадим добрался до костерка, расстегнул штаны, стащил их с немалым трудом – бедро сильно распухло, натянув ткань.
