В земле лишних тройке романов, на которой каждый герой чувствует себя чужим и ненужным, вы встретите трех разных людей — каждого из них охватывают тупеющие вибрации будней. Некоторый день Леонид Сергеевич получает земную волну своего давнего знакомого, где просит его помощи. Взгляды и поступки этих героев разделяются как разноцветные ленты на спирали смерти, но каждый из них ищет свою единственную в мире правду.
Вокруг потянулись степи… или саванна? Все же больше на Африку похоже, ту, которую я помнил по передаче «В мире животных».
Неожиданно радиостанция, включенная в режим частотного сканера, хрипло заговорила:
– Папа Медведь, Папа Медведь, это Страус, как принимаешь? Прием.
– Страус, здесь Папа Медведь, принимаю чисто и громко. Прием, – ответил чей-то казенный голос.
– Папа Медведь, преследуем две мобильные единицы, возможно враждебные, двигающиеся в сторону железной дороги. Внедорожные грузовики, автоматическое оружие, до двенадцати человек внутри.
– Принял. Страус, обозначь свою позицию, прием.
– Папа Медведь, квадрат Ромео-Лима-двенадцать, прием.
– Принял. Страус, нуждаетесь в поддержке? Прием.
– Папа Медведь, вышлите две патрульные машины на запад, в направлении Отель-Лима-двенадцать. Прием.
– Принял. Страус, займите свою позицию. Прием.
– Принял, Папа Медведь. Прием.
Ага, не все же быть идиллии тут. Два грузовичка с пулеметами и какими-то охламонами все же шляются. Обозначения квадратов мне ничего не сказали, но я на всякий случай разогнул усики на обеих РГД и проверил, как достается автомат из держателя. Прошло минут десять, но вокруг ничего не происходило. Затем за железной дорогой вдалеке пропылили два «хамви» на высокой скорости, обогнав меня. Они исчезли из поля зрения, оставив в воздухе прозрачный пылевой шлейф, медленно рассеивающийся в безветрии.
Дорога вновь поднялась ненамного и резко нырнула в широкую низину. Когда я почти достиг противоположного ее края, тишина вокруг неожиданно взорвалась недалекими пулеметными очередями. Я сбросил скорость и поднялся почти к самому взлобку подъема, затем остановился, затянув ручник."
"Стрельба велась как минимум из трех или четырех крупнокалиберных и единых пулеметов. Затем раздались хлопки автоматического гранатомета и резкие, как петарды, взрывы. Схватив АКМ, я выскочил из кабины, сбежал с дороги в траву и, пригибаясь, поднялся выше по насыпи. Поднес к глазам бинокль, благо солнце было справа сзади, да и не до бликов там было. Метрах в трехстах передо мной крепко дымил песочного цвета «унимог», весь размалеванный какими-то надписями, сделанными красной краской. Из кузова бил ПК, выбрасывая полоску огня и пульсирующий хвост прозрачного серого дыма в сторону противника. Возле колес грузовика присели несколько фигурок в разномастной камуфляжной одежде, стреляющих с колена по двум частично укрывшимся за бугром «хамви».
