– Техника?
– Не видна, осталась за поворотом. Огонь плотный.
Я переключился на Чайку-Один, то есть Барабанова.
– Чайка-Один, как принимаешь? Здесь Паук-Один.
– Принимаю, – послышался голос Николая в наушнике. – Заправка закончена, технари взлетают. Остальным – оторваться от противника и приступить к эвакуации.
Приказ замечательный. Особенно его часть про «оторваться». И как мы будем отрываться по практически открытой местности от наступающего с двух сторон противника? Ну на машинах можно рискнуть, это даже выглядит реально, но если подошедшие с флангов догадаются взять на прицел обратный склон той гряды, на которой засели егеря, то они просто всех выбьют, пока те будут спускаться.
– Сова, Туча, приказ слышали? – запросил я егерских командиров.
Сова ответил мгновенно:
– Не оторвемся. Им пройти по горочке метров пятьсот, и они нам в тыл будут бить, а обратный склон лысый. Перещелкают на хрен.
Не один я так обстановку оценил. Это мне польстило, конечно, но настроение тоже испортило.
– Значит, так… – начал командовать я, вспомнив, что после Барабанова в этой операции я второй человек. – Отстреляйте все, что у вас есть, по вершине гряды, куда вели огонь до этого. На новых не отвлекайтесь. И сразу дуйте к машинам. Как понял?
– А ты?
– Как понял?
– Понял. Выполняю.
Я обернулся к Дмитрию:
– Дима, тебе приказ персональный. Беги к машине и обеспечь эвакуацию Бониты. Понял?
– Ты с ума сошел? Один против всех хочешь? – возмутился тот.
– С твоей «эсвэдэхой» толку не будет. Дистанция боя будет другая, понял? За меня не беспокойся: отстреляюсь и уйду.
– Куда уйдешь? – даже заорал он.
– Ты дурак или где? – тоже заорал я, злясь на его недогадливость и пытаясь заглушить собственный страх, – я же здесь за своего! Оторвусь, винтовку спрячу – и все! Сам за собой погоню возглавлю. А тебе оставаться нельзя. Ты меня понял?"
"До него дошло, кажется. Да и он уже знает, что геройствовать я не люблю, так что наверняка план у меня есть.
– Дима… Бонита, понял? – схватил я его за плечо. – Даже если драться будет, она должна улететь. Хоть свяжите ее. Меня сейчас ничто не должно стеснять. Как понял?
– Понял. Сделаю.
– И связь я сейчас выключу, понял? Так что пусть и не пытается меня вызывать. Я сам с ней свяжусь, позже. Как понял?
– Понял.
– Тогда – бегом марш! Не теряй времени.
И мы оба сорвались с места, каждый в своем направлении. Я побежал по склону, постепенно забирая вверх, в ту сторону, откуда мы недавно приехали. А Дмитрий рванул вверх, через увал, к машине. Я услышал, как егеря на вершинах начали выполнять приказ. Оттуда разом улетели три ПТУРа, зарычали крупнокалиберные «Корды». Теперь им придавить противника хоть ненадолго – и рвануть к машинам. Оставшееся пространство открыто лишь частично, можно проскочить.