Желые серые тучи покрывают небо, отступая к горам Чимгана. Прекрасно видны с верхних этажей зданий. Воздух свежий, как после ванны в ледяном озере, напоминающий про запах йода от палых яблочко-орешника. Город застилается огромными лужами, разбитыми проезжающими машинами. Ветер подбрасывает густые вихри тумана над городом, и мелькают солнечные блики на воде. Под ногами - рустикурованные асфальтовые дороги, которые покоряются легким ударам ветра....
Основательно пострелявший, с потертым воронением и пошарпанным ореховым цевьем, но хорошо ухоженный. К автомату лежали одетые на ремень с портупеей штык-нож, два подсумка из добротной, но потертой коричневой кожи, с шестью магазинами на тридцать два патрона. По словам деда, они, австрийские автоматы, были лучше ППШ, по крайней мере, менее скорострельные и более точные. Дед очень ценил этот автомат. Тем более, что это оружие составляло любимую дедову тайну. Он ее хранил шестьдесят лет. В чемодане же лежал цейсовский восьмикратный бинокль, уже помутневший, немецкая офицерская планшетка с картой Берлина.
Я сидел на чердаке и вспоминал деда. Он не зря старшиной роты службу закончил, много чего привез…
– Знаешь, внук, ты отслужил, что такое тайна знаешь. Пошли.– Дед, кряхтя, полез по приставной лестнице на чердак.
– Дед, тебе ли лазить, скажи, и я сниму. Не дай Бог, упадешь. Ну, старый!– Я полез вслед за ним. Отодвинул вязанки вяленой чехони, прошел в дальний угол чердака. Дед, кряхтя, отодвигал старый бабушкин сундук.
Под сундуком лежал лист финской фанеры. Деда приподнял его и прислонил к стене. В нише лежал старый алюминиевый чемодан. Дед открыл его, и я увидел завернутые в байку свертки, и еще один, побольше, прямоугольный, завернутый в старую газету. Посмотрев на деда, взял один. Тяжелый. Уже предполагая, что увижу, развернул его. Ну, дед!
В руках у меня лежала кобура. Темно-коричневая, с ремешком, удерживающим крышку, удивительно мягкая для стольких лет хранения.
– Да, дед, удивил. Откуда? Впрочем, глупый вопрос. А чего кожа у кобуры такая мягкая? После стольки-то лет?
– Я ее еще в сорок восьмом барсучьим жиром пропитал. Она теперь вечная, если мыши не съедят. Потому чемодан из люменя, тоже трофей, с битого немецкого самолета снял. Там трехстволка лежала, своему комбату отдал, а чемодан себе забрал. Был еще пистолет, маленький Маузер, но подарил одному товарищу в пятьдесят втором, когда он на Сахалин уезжал.
– А патроны есть?
– Патроны в цинке. Нераспечатанном. Вон, в бумагу завернут. Тут пистолет и автомат. Автомат японский, пистолет наш. Все свежее, не расстрелянное. Знай об этом и помни. Не дай Бог, пригодится…
Теперь, похоже, и пригодится. Это оружие будет моей страховкой. Тем более в Казахстане. Там такие степи, пару раз ездил с друзьями порыбачить и поохотиться. Никого не встретишь порой сутками.
![Обложка книги Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)](/uploads/posts/images/7/sistema-spasi-sebia-sam-dlia-glavnogo-zlodeia-lp.jpg)
