"
"Но Гниль, к его сожалению, не обладал ораторскими способностями, и его обвинения и обличения чаще всего вызывали у окружающих очень негативную реакцию — достал! Кстати, именно отсюда и появилась его кличка… Так что еще год назад его авторитет среди мусорщиков был ниже плинтуса. Но за то время, когда они со Страшилой в конвейерном режиме потрошили сарвонский крейсер и ковырялись с линкором, ситуация разительно изменилась. Причем одной из причин этого, хотя и очень косвенной, оказались именно Ник и Трис. Их триумфальное появление на станции с потрясающей воображение добычей привело к тому, что в мусорщики ринулось огромное число новичков. А это напрочь поломало всю более-менее стройную систему приема в ряды таковых, и ранее-то работавшую ни шатко ни валко. Ну, там, рекомендации, испытательный срок и так далее. Какие уж тут рекомендации, когда теперь количество кандидатов, подававших заявление на вступление в ряды мусорщиков, в отдельные дни превышало количество таковых за весь предыдущий год! Нет, ветераны попытались было потрепыхаться, поднять вступительный взнос, ввести нечто вроде кандидатского стажа, но… Пятикратное увеличение вступительного взноса кандидаты будто и не заметили, а что касается кандидатского стажа, сверху, с высоких уровней станции, мягко, но твердо посоветовали не множить сущностей сверх необходимого. Руководству станции показалось полезным резко увеличить число мусорщиков.
Естественно, что рекомендации при приеме очень быстро превратились в простую формальность, но это мгновенно позволило таким, как Гниль, слегка обогатиться, начав напропалую торговать своими рекомендациями. Вследствие чего в ряды мусорщиков вступило немалое число весьма темных личностей. То есть, то, что эти личности темные, выяснилось уже гораздо позже. Но, поскольку сообщество мусорщиков к тому моменту уже захлестнула волна таковых, разбираться со Снетсоном никто не стал — других забот было выше крыши. Сам же Снетсон, скорее всего вследствие этого, чем благодаря своим личным качествам, оказался под крылом довольно сильной группировки, не так давно зарегистрировавшейся легально под именем «Общество мусорщиков станции „Кокотка“». Причем, Гниль сразу же был введен в ее центральный совет. Не столько благодаря своим личным качествам, сколько благодаря тому, что его стаж работы мусорщиком в разы превышал суммарный стаж всех остальных членов центрального совета вместе взятых. Так что его голубая мечта вроде как сбылась. Снетсон, хотя бы формально, стал среди мусорщиков очень значительным лицом, возвысившись над той массой, которая столь долгое время гнобила его и не отдавала должного. Впрочем, впереди открывались еще более блестящие перспективы.