В полумраке коридора Ник появляется вдруг, и его тень сразу привлекает внимание заранее готового ждать Палеры. Механические движения челюстей Палеры становятся особенно резкими, прежде чем взгляд ее глаза медленно сдвигается на него, ожидая. И вот последует тот самый плевок, освобождающий пасть от комка пищи....
И у нас среди персонала есть кое-кто, у которого сегодня как раз его очередь. Но он готов уступить ее тебе за триста лутов.
— Хм, понятно, — Ник задумался. — А сколько будет стоить полная регенерация? Ну та, за которую док запросил семнадцать тысяч?
— Не, — медтехник с сожалением качнул головой. — С этим пролет. Не выйдет.
— Почему это?
— Так там на процедуру надо несколько суток и от трех до семи полных картриджей разной номенклатуры. Так что если хочешь ту — то там все только официально. А вот на очистку с биоактивными жидкостями того, что имеется в остатках, — хватит.
Ник задумался. В такой области у него еще не было никакого опыта. А ну как ребята слупят с него деньги, а введут какую-нибудь грязь? И все — кранты, спекся одинокий землянин. Они-то могут считать, что три сотни лутов — практически все имеющиеся у него деньги.
— А какие гарантии, что вы меня не кинете?
Медтехник бросил вороватый взгляд в сторону дока, все еще о чем-то разглагольствующего перед Иссель, чей взволнованный вид явно усиливал ее привлекательность, а затем дружелюбно осклабился.
— Да не волнуйся. С тебя же док уже снял медкарту? Ну вот. По окончании процедуры она будет снята еще раз. В медкапсуле это стандартная процедура.
Хм… вроде бы на таких условиях стоит рискнуть. Хотя риск того, что после оплаты его попытаются по-тихому перевести в раздел органических отходов, все равно оставался. Ну да там поглядим, как его уменьшить. А девять сотен лутов экономии стоят некоторого риска.
— Лады, договорились. Кидай схемку."
"— Лови. Приходи где-то через час. За это время все подготовят. Да и док совершенно точно скоро попрется ужинать.
— Ну, так что вы решили, молодой человек? Я не могу больше держать здесь флайер, — тут же раздался под ухом голос вернувшегося доктора. Разворачиваясь к нему, Ник скорчил самую печальную рожу, на которую только был способен.
— Извините, док, я… я еще подумаю. Я вам очень благодарен, очень, но для меня тысяча двести лутов — это слишком большие деньги.
