Мужик наверняка был выдающимся адептом, возглавлял крупную школу, воевал с древним Аккараном, но в конце жизни все равно превратился в опасного безумца. Хотя мог бы стать сильным союзником.
Потеря адекватности — бич мира долгоживущих адептов, а особенно адептов под постоянным стрессом. Теперь понятно, почему Зоба и Вассанду потянуло на романтику — это давало вкус жизни, удерживало психику от распада. Здесь и сейчас Алекс их отлично понимал. Почему-то в окружении многочисленных зеркал он чувствовал себя особенно одиноким и не отказался бы от пары дней отпуска наедине с любимой женщиной, однако Ева была очень-очень, очень далеко.
— Так! Жалеть себя буду, когда выберусь. А пока надо разобраться с делами!
Для начала Алекс привел себя в порядок и сменил броню на комплект попроще из старых запасов. Некоторое время он колебался, а не использовать ли ему артефактные доспехи — парочка образцов лежала в загашнике как раз на такой случай. Но все же отказался — артефактные доспехи надо было напитывать энергией, а в его случае лучше полагаться на собственные навыки — они посильнее любой брони будут.
Кроме того, напитанный энергией доспех сложнее перевести в нематериальную форму. В общем, ему подойдет рядовая кожаная броня. Да, она остановит разве что самый слабый удар, зато не помешает Алексу быстро удрать.
Главное, чтобы энергия имелась.
Закончив с делами и добив резерв до максимума, он еще раз позвал хранителя…
Прошло несколько часов, Алексу так никто и не ответил. Единственный плюс его положения — он сразу оказался в личных покоях старейшины, чьего имени так и не узнал. Зал с зеркалами, где бы он ни находился, по-любому был ближе к условному центру внутреннего дворца, а значит, отсюда до великих артефактов рукой подать.
Зачем они ему нужны, Алекс пока придумать не мог, но надеялся, что рядом с артефактами обнаружит что-нибудь ценное, например, центр управления хранителем...
К сожалению, в зале не было ни дверей, ни окон. Более того, за стенами-зеркалами начинался знакомый кисель и если он туда выйдет, то скорее всего заплутает. Однако деваться было некуда — зал он изучил основательно… да тут встречались интересные штуки, типа пространств с разной плотностью или зеркал, которые казались коридорами и через которые старейшина, очевидно, призвал кисель, но разобраться с ними постороннему не было ну никакой возможности.
Закончив осмотр, Алекс решил, что хранитель жив. Вряд ли безумец так ловко управлял безголовыми, что выследил лазутчика и притащил его сюда. Но главное — обстановка в зале казалась новой, а на полу не было ни пылинки. Крайне сомнительно, чтобы старейшина самостоятельно убирался в своих покоях. Скорее всего, это делал хранитель, но по какой-то причине он не может сейчас говорить.