Сестры Кэт и Эл вспоминают свое детство в Зеркальной стране, но реальность меняется после исчезновения сестры. Кэт вынуждена вернуться на Вестерик-роуд, где ее ждет тайна прошлого. Поиск информации о пропавшей Эл ведет к ужасающей правде их детства.
– Нам пора!»
«Не обращай внимания! – воскликнула я, ликуя и в то же время стыдясь. – Она ведет себя так со всеми!»
Эл молчала почти всю дорогу и повернулась ко мне лишь на полпути к дому, уже сидя в автобусе. Лицо у нее было красное и разгневанное.
«Мы же договорились! Это наша новая жизнь, и нам в ней никто не нужен!»
Я не понимала, почему она так расстроилась, и чувствовала себя скверно. Такого всплеска эмоций я не видела у сестры уже несколько лет.
Лицо ее окаменело, в глазах появились слезы.
«Неважно! Мы с тобой договорились, а ты нарушила слово!»
– Так странно вспоминать все это теперь, – говорю я Россу. Тут я вступаю на зыбкую почву, знаю, однако вино и фраза из дневника Эл толкают меня к безрассудным поступкам. – Я про причину своего отъезда.
Свеча мигает, наши взгляды встречаются.
– Пожалуй, некоторые вещи лучше не вспоминать.
– Наверное, ты прав.
И вдруг мне становится так больно, что невмоготу. Именно этот образ мыслей и заставил меня в свое время бежать в Америку.
– Я подумываю о том, чтобы нанять специалиста по расследованию морских происшествий, – сообщает Росс, смотрит на меня и добавляет: – Вижу, ты считаешь это плохой идеей.
Я глотаю вино, неожиданно рассердившись из-за смены темы.
– Почему Эл пользовалась именно этим портом?
– Ты имеешь в виду, почему она швартовалась в Грантоне?
Росс пожимает плечами.
– Это ближайший порт и, насколько мне известно, единственный. В доках Лейта яхт-клубов нет. А что?
– Просто интересно. Сама не знаю. – Я тру виски. – Похоже, ты и вправду считаешь, что с ней произошел несчастный случай, и не рассматриваешь версии с нападением, суицидом или бегством.
Он смотрит на меня в упор.
– Кэт, это вопросы или утверждения?
Я сжимаю губы, чтобы не проговориться.
– Хотелось бы знать, кто посылал открытки Эл, а теперь и тебе. Впрочем, вряд ли этот человек причинил ей вред. Я просто боюсь… Боюсь, что стресс, возникший в результате этого чертова преследования, толкнул ее на какую-нибудь глупость… – Росс склоняется ко мне. – Я вовсе не имею в виду суицид. Да, Эл переживала глубокий кризис, характер у нее был несносный, однако к суициду она совершенно не склонна! Я же говорил тебе… – Росс спохватывается, смотрит по сторонам и понижает голос: – Эл здорово изменилась. Она стала другой – отстраненной, рассеянной… – Он вздыхает. – Поэтому я действительно думаю, что она вышла в море на своей чертовой лодке и потерпела крушение.
Под глазами у Росса темные круги, лицо тревожно нахмурено.
