Сестры Кэт и Эл вспоминают свое детство в Зеркальной стране, но реальность меняется после исчезновения сестры. Кэт вынуждена вернуться на Вестерик-роуд, где ее ждет тайна прошлого. Поиск информации о пропавшей Эл ведет к ужасающей правде их детства.
Раздел Chitat.online для книги «Зеркальная страна» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Сестры Кэт и Эл вспоминают свое детство в Зеркальной стране, но реальность меняется после исчезновения сестры. Кэт вынуждена вернуться на Вестерик-роуд, где ее ждет тайна прошлого. Поиск информации о пропавшей Эл ведет к ужасающей правде их детства.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Кэрол Джонстон Легкое чтение Детективы подборки серии
Сестры Кэт и Эл вспоминают свое детство в Зеркальной стране, но реальность меняется после исчезновения сестры. Кэт вынуждена вернуться на Вестерик-роуд, где ее ждет тайна прошлого. Поиск информации о пропавшей Эл ведет к ужасающей правде их детства.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Я в Зеркальной стране, сижу, скрестив ноги на пушечной палубе «Сатисфакции», и смотрю на Эл. Мы в одинаковых клетчатых сарафанах и накрахмаленных белых блузках. Если б не Росс, сидящий между нами на корточках, то можно подумать, что мы смотримся в зеркало. Как будто одна из нас настоящая, а другая – лишь отражение. В руке у него лист белой бумаги, исписанный красными и черными чернилами, – План.
«Вместе мы справимся, ясно? – говорит Росс. – Ведь нас трое».
Энни подмигивает мне из-за штурвала. «Иногда приходится быть храброй, даже если ты – последняя трусиха».
Я на кухне, сижу за столом. На тарелке омлет на тосте и каша, слишком горячая, чтобы есть. В старом дымоходе застряла птица. Она царапается и бьет крыльями. Рука дрожит, я промахиваюсь мимо рта, мама сжимает губы в ниточку. «Не чавкай, Кэтриона!» Дедушка сидит, положив больную ногу на свободный стул, запрокидывает голову и хохочет, но руки у него дрожат еще сильнее, чем у меня. Он смотрит на Эл, стоящую на пороге. «Не ешь стоя, девонька. А ну садись, черт бы тебя побрал!» Эл глядит на меня и ухмыляется. Я притворяюсь, что ничего не вижу. «Можно мне чаю?»
Берлинская стена – это черная штора кладовой. Эл всегда была Алеком Лимасом, героическим шпионом, пришедшим с холода, а мне приходилось играть на другой стороне вместе с клоунами, изображая Джорджа Смайли с его жестоким «Цирком», и вести Алека навстречу гибели. Страничку из дневника я обнаруживаю в подогнутом и подшитом крае шторы.
Я стою за пыльной занавеской в кладовой, с трудом дыша сквозь липкую руку Эл. Вокруг нас шепчутся и вьются призраки.
«Это должно случиться сегодня».
«Нет, – думаю я, – НЕТ!»
«Да!» – заявляет Эл.
Я чувствую ее улыбку под своей ладонью, словно мы поменялись местами, и она стала мной, а я – ею. И когда я убираю руку и отдергиваю штору, то все стены в холле и кухне свежевыкрашены в уродливый малиново-красный цвет. Протяжно ухает сова, раздается топот ботинок и крик: «Беги!» Колокольчики начинают звенеть все сразу. Шум стоит оглушительный. Деревянная доска содрогается, колокольчики мотаются вправо-влево, в темноте сверкают язычки в форме звездочек. Я вижу луну.
«Проснись! – кричит Эл моим голосом, нашим голосом. – Проснись, черт бы тебя побрал!»
Я упала с табуретки и лежу на полу кладовой. В руках и ногах тяжесть, живот скрутило от голода, и в то же время меня тошнит. Голова раскалывается. Так вот на что похоже горе… Или это вина? Так вот что чувствуешь, лишившись половины себя…
Беру телефон, нажимаю «ответить». Экран расплывается, сколько бы я ни моргала.
«Ответь мне! Давай встретимся и все обсудим. Или оставь меня в покое!»
Росс стоит возле кухонного окна и смотрит в мокрый сад. Дождь стучит по крыше, по трубе дымохода, по водосточному желобу.
