Автор
Юля Максакова переживает разрыв с возлюбленным, но неожиданно встречает известного человека, который становится центром её новой жизни. Между ними разворачивается страстный и головокружительный роман, который меняет судьбу обоих и доказывает, что настоящая любовь способна преодолеть любые...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Зеркало для двоих» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Юля Максакова переживает разрыв с возлюбленным, но неожиданно встречает известного человека, который становится центром её новой жизни. Между ними разворачивается страстный и головокружительный роман, который меняет судьбу обоих и доказывает, что настоящая любовь способна преодолеть любые...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Юля Максакова переживает разрыв с возлюбленным, но неожиданно встречает известного человека, который становится центром её новой жизни. Между ними разворачивается страстный и головокружительный роман, который меняет судьбу обоих и доказывает, что настоящая любовь способна преодолеть любые...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Действительно, неинтересно же хвастаться друзьям, что обсуждал с Селезневым исключительно вопросы современного кинопроизводства и кинопроката? А вот о том, что «Сергей — такой простой и нормальный мужик», сказать гораздо приятнее… Наверное, поэтому Михал Михалыч, Коротецкий и Палаткин объединились в «узкий мужской круг» и вполголоса обсуждали какие-то футбольные проблемы. Михал Михалыч, похоже, совсем освоился, во всяком случае, тон в разговоре задавал он, и в голосе его нет-нет да проскальзывали знакомые директорские нотки. Он сидел, развалясь в кресле, и благодушно взирал на пытающуюся спорить молодежь. Впрочем, спорить пытался один Сергей. Коротецкий больше отмалчивался и, откинувшись на спинку стула, смотрел на увлекшегося Палаткина странным, задумчивым взглядом. Юля поставила поднос на край стола и по очереди сняла с него бокалы."
"— Мужчины-то, опять о своем! — подмигнула ей Тамара Васильевна. — Сейчас еще о Ельцине начнут говорить… Господи, все они одинаковые: что банкиры, что дворники, что артисты…
— Да, — машинально кивнула Юлька, изобразив на лице слабое подобие улыбки. Ей не нравился взгляд Коротецкого, его скрещенные на груди руки, его губы, тонкие и напряженные, с видимым трудом разлепляющиеся для того, чтобы бросить какую-нибудь бесцветную вежливую реплику. Она еще ощущала связь с ним, еще умела его чувствовать, и понимала, что в этом его пристальном внимании к Сергею кроется какая-то опасность. Юрий, похоже, ни в коей мере не воспринимал себя в качестве пешки, приглашенной в гости к королю. Он оценивал и пытался понять реального противника… Осознание этого не принесло Юльке ни успокоения, ни мстительной радости. Ей совершенно не хотелось разбираться в том, что это на самом деле: вспыхнувшая с новой силой любовь или просто чувство собственности. Вчерашний танец с Коротецким, тот танец, на который она соглашалась с привычно замирающим сердцем и дрожью в коленках, оставил после себя ощущение гадливости. Не таким, совсем не таким представлялось ей последнее объяснение. А еще этот его многозначительный взгляд, когда он с жадной ловкостью хищника поймал в воздухе ее ускользающую руку!.. Противно, противно все.
«Лучше бы за Симонкой своей следил. Невеста все-таки!» Юля отпила немного коктейля и присела на диван рядом с Тамарой Васильевной. Та подвинулась несколько неуклюже, зацепила туфлей колготок Веры Федоровны. Женщины принялись рассыпаться во взаимных извинениях, и все это было мило и по-домашнему. Только Симона не принимала участия в общем веселье. Она некрасиво расплылась по креслу, выставив вперед живот и совсем спрятав маленькую грудь. Лицо ее, по сравнению с бело-кофейной обивкой, казалось особенно серым, и видно было, что ей элементарно скучно.
