Среда, 6 октября: бойцы спецназа "Орион" и "Мираж" стоят на вершинах ущелья, готовясь к штурму. В 8:10 Крымов объявляет об уточнении плана, в то время как Орион держит связь с Тимохиным. Утро тихое и напряженно, ожидая приказа наступления.
Абадзе взглянул на часы, и тут же сработал сигнал вызова спутникового телефона. Полевой командир включил трубку:
– Ахадрад слушает!
– Это я, господин, Халиф из Хаба-Юрта. Щербатый передал, что вы хотели поговорить со мной?
– Да. Мы можем общаться спокойно? Тебя никто не слышит?
– Нет. Мы можем говорить. Это для меня такая неожиданность и честь!
– Удивляться будешь позже. Слушай и запоминай, что тебе предстоит делать сегодня вечером.
– Слушаю, господин!
– Сегодня вечером, ориентировочно около 19.00, у Керима случится сердечный приступ, от которого он умрет.
Наступила пауза, затем помощник Асанова спросил:
– Что? Я не ослышался? Керим должен умереть?
– Не должен умереть, а умрет. Его организм отравлен, и часы сочтены.
– Но…
– Не перебивай, а слушай! Вопросы задашь потом. Вечером ты должен находиться возле Асанова. Когда ему станет плохо, поднимешь шум, вызовешь фельдшера. Будет лучше, если с вами будет еще кто-то. Итак, вызовешь фельдшера, который зафиксирует смерть Асанова. Как только это произойдет, соберешь в усадьбе всех верных тебе людей.
– Да, но…
– Что «но»?
– Это так неожиданно…
– Любые судьбоносные события наступают неожиданно. Если ты не сделаешь то, что я тебе сказал, то отправишься следом за Асановым. Я найду, кому подмять под себя аул.
Халиф проговорил:
– Я… я сделаю то, что вы сказали, босс!
– Молодец, верно оцениваешь обстановку.
"– Да у меня сейчас и нет вопросов.
– Понимаю, тебе надо переварить услышанное. Переваривай. И далее действуй! К утру я должен говорить с тобой как с новым хозяином Хаба-Юрта. Тогда же, в спокойной обстановке, доложишь подробности захвата власти. И… займешься похоронами. Одно учти: информация о бойне в Хаба-Юрте не должна уйти дальше аула. Керима похоронишь со всеми почестями.
