Среда, 6 октября: бойцы спецназа "Орион" и "Мираж" стоят на вершинах ущелья, готовясь к штурму. В 8:10 Крымов объявляет об уточнении плана, в то время как Орион держит связь с Тимохиным. Утро тихое и напряженно, ожидая приказа наступления.
В заложниках же оставить экипаж, который бандиты должны будут освободить, скажем, уйдя в безопасное место. И предупредить, что вертолет через границу противовоздушная оборона не пропустит. Мы же не можем быстро решить вопрос с командованием ПВО. У нас своя работа, у них своя.
– Думаешь, это необходимо?
– Думаю, да!
– Хорошо! Работай по предложенному варианту. Я его утверждаю.
Дрозденко отключил радиостанцию, взглянул на Бурмистрова.
– Ну, что, Вова, как считаешь, я прав?
– Не знаю, Андрюха. Как бы самих себя не переиграть.
– Да возьмем мы их по-любому. Вопрос, какой ценой. В «вертушке» Каменев разберется с Умаром, а вот Халиф может убить девчонку. Она же и жизни-то настоящей не видела. Не успела вырасти, так сразу в постель к Кериму попала.
– Таковы местные обычаи.
– Да хрень все эти обычаи. Люди должны по любви жить друг с другом, а не по обычаям или традициям.
– Согласен, но здесь живут по обычаям.
– Ладно!
Дрозденко подозвал Чернова:
– Юра, выйди через окно кабинета к забору.
– Понял!
Андрей повернулся к Бурмистрову.
– Ну а ты через ночную оптику внимательно присмотрись к одеянию женщины. Не надел ли на нее Халиф пояс шахида. Девчонка хрупкая, пояс должен быть заметен.
– Есть, командир!
Бурмистров занял позицию на краю веранды. Дрозденко вышел к двери. Крикнул:
– Хали-иф!
Бандит ответил:
– Ну? Вздрючило тебя начальство?
– Не без этого.
– Что значит изменились? Я выпустил всех заложников.
– Да, но двух женщин продолжаешь удерживать.
– Они гарантия моей безопасности.
– На этапе перехода на борт вертолета – да. И с этим никто не спорит. Но, как только окажешься на борту «Ми-8», ты должен будешь отпустить женщин. Гарантией безопасности станут пилоты вертолета.
– Алиса полетит со мной. Это моя женщина, моя жена.
– И давно ты на ней женился?
– Не твое дело!
– Ты сам-то подумал, что сказал? Если Алиса твоя жена, то, значит, она не заложница, а сообщница.
Халиф понял, что допустил ошибку.
– Ладно, твоя взяла. Я отпущу женщин, как только окажусь на борту вертолета.
– Вот это другой разговор. Но учти, если не отпустишь заложниц, то вертолет не взлетит. И на летчиков давить бесполезно. Объясняю, почему.
