В холодном полушадьи, жарко дрожащие груди скрывались за мокрыми кительными складками. Витек смотрел на линию горизонта, где темнеющие кладбища стычкой своей рябью пересекаются с оранжевым пламенем зажженных факелами улиц и домов. Яркость выстрелов небольшой группировки казалась последним светом перед адом, за которым только тьма и бесконечная ночь ждали их....
Хотя формально использовать их не запрещалось, но попробуй нанеси режущую рану оружием, предназначенным для колющих ударов.
Когда очередь дошла до меня, своему сопернику я не удивился. Степан Меньшиков — ну кто бы сомневался, что явно имеющий авторитет среди остальных членов кружка блондин не воспользуется им и не договорится с остальными о предоставлении себе одного вполне конкретного соперника!
— В круг приглашаются Степан Петрович Меньшиков и Григорий Мстиславович Бологовский! — провозгласил судья — чернявый парень с прямым «римским» носом в сером мундире с погонами прапорщика.
Как я помнил из библиотеки деда, прапорщик — это самый младший обер-офицерский чин. После него уже идет подпоручик, поручик и так далее.
Моим секундантом стал рослый широкий в плечах рыжий медик. Звали его Игнат Дегтярев. Он же выступал секундантом у предыдущей пары, а до этого и сам успел поучаствовать в спарринге, успешно срезав своему противнику челку и оставив порез на лбу. Чисто за счет своего роста и ловкого парирования ударов по собственному корпусу.
"Передав мне легкий палаш, он молча отошел в сторону. Примерив оружие в руке, я пару раз взмахнул им, привыкая к тяжести клинка. Тут же радостно отозвалась память тела, и я не стал ей мешать, ловко выписав в воздухе пару защитных восьмерок. Было и привычно и непривычно одновременно. Странные ощущения.
Выйдя в круг, я остановился у черты и стал ждать своего соперника. Меньшиков сделал вид, что не заметил моей разминки, и, сняв белый пиджак, оставшись в рубашке и жилетке, взял у секунданта саблю.
— Бой! — скомандовал судья, и Меньшиков тут же попытался резким боковым ударом рассечь мне лицо.
— Дзинь! — наши клинки со звоном столкнулись в миллиметре от моей щеки.
Я еле удержал свои рефлексы, чтобы не сделать шаг назад, просто пропустив удар противника и контратаковав его колющим в живот. Черт! Вот в этом случае мои рефлексы будут работать против меня!
Поняв, что силой меня не продавить, Степан отвел саблю и снова атаковал, на этот раз попробовав на прочность мой корпус.
— Стоп! Бой закончен, — скомандовал судья.
На груди Меньшикова медленно стала проступать алая линия.
