Автор
Разбудил меня чиркующий сквозь портьеры дымок, он заставил подняться с постели и приоткрыть дверь в гостиную. Внутри было тепло, как будто зима остыла под куполом потолка. Я выбежала встречать Гасса и поблагодарить его за заботу.
Взгляды в мою сторону изменились после того, как неизвестная девушка, приехавшая вместе с объявившимся кронпринцем, из простолюдинки превратилась в аристократку и невесту наследника. Стали шептаться, что я тоже темная лошадка, ведь не зря так задираю нос и явно запоминаю всех, кто говорит обо мне гадости. Еще и мою дружбу с Илией обсудили. На самом деле она была благодарна мне за спасение Нэйтана, а я понимала, как ей тяжело при дворе, и поддерживала. Но этого никто не знал, и настроение придворных резко поменялось: все стали лебезить, набиваясь в друзья.
Переливчатый смех Латриэль заставил меня вскинуть голову и посмотреть на нее, невольно улыбаясь. Желая пройтись, она увлекла Харна за собой, вдоль берега ручья, а теперь развлекалась: перепрыгивала с камня на камень, перебираясь на другую сторону в узком месте. Мы с Асханом тоже спустились к ручью, но дальше не пошли, присев на валунах, нагретых солнцем.
Эльф тоже повернул голову, наблюдая за сестрой, а его длинная коса оказалась совсем рядом, так и захотелось протянуть руку и коснуться блестящих густых волос.
– Тебе нравится здесь? – неожиданно спросил Асхан, поворачиваясь ко мне.
– Да. Очень, – совершенно искренне ответила я.
– Я рад, что ты приехала к нам.
– Спасибо за приглашение. Я тоже рада была со всеми познакомиться, – ответила я и, неожиданно даже для самой себя, добавила: – Ты здесь совсем другой.
Асхана мое признание развеселило, даже глаза засверкали. Он посмотрел вопросительно, и пришлось продолжать:
– Не такой безразличный ко всему, как в Академии. Например, видно, что ты любишь сестру и у вас близкие отношения с родителями. Дома ты более расслаблен, не смотришь на всех свысока, – не смогла не поддеть я и шутливо закончила: – Но Латриэль столько раз повторяла, что эльфы лучше всех, и теперь я понимаю – это семейное.
Некоторое время Асхан боролся с собой, его губы подрагивали, но наконец он не выдержал и рассмеялся.
– Скорее, это особенность нашей расы, – признался покаянно. – Мы привыкли быть лучшими во всем.
«Но игры выиграли мы!» – так и хотелось возразить, показав язык, но я удержалась от детской выходки.
