Столкнулась с его черным взглядом, почувствовав, как узлом все в груди скрутило.
Что он здесь забыл? Совсем обнаглел? Раньше никогда не позволял себе вламываться в мою комнату. Ну, почти.
Развернувшись, смерила холодным взглядом, и спросила:
— Что ты здесь делаешь?
И, чудо! Мой голос не дрогнул. Я не начала мямлить, краснеть и теряться. Если честно, я была в таком изумлении, что даже застесняться забыла. Просто стояла перед ним почти в чем мать родила, хмурилась и негодовала.
В ответ раздалось какое-то растерянное ""не знаю""."
"Зацепились взглядами, утопая друг в друге. Смотрели, не моргая, не шевелясь, даже не дыша. И я чувствовала, что с каждым мигом трещит по швам, сыплется на пол кривыми осколками моя защитная оболочка. То, что отражалось в его глазах обезоруживало, заставляло кровь бежать по венам с бешеной скоростью, выбивало весь воздух из легких.
Как бы он не отталкивал меня, не пытался закрыться, в тот момент я абсолютно четко поняла — ему не все равно.
Нам обоим не все равно. И нас тянет друг к другу со страшной силой.
Если бы он развернулся и ушел, я бы, наверное, смогла с собой договориться, и в конечном итоге убедить саму себя в том, что мне показалось, что это иллюзии, вызванные желанием быть рядом с ним, фантазии, не имеющие под собой никакой реальной основы.
Но он не ушел.
Тимур тоже достиг той грани, когда нет сил отступить. Да и желания нет.
И мы оба сорвались, дав волю тому, что так долго копилось внутри.
Сорвались, отбросив в сторону все иллюзии, обжигая друг друга, забывая обо всем. Это была безумная ночь, наполненная прикосновениями, дикой страстью, черным, поглощающим здравый смысл, огнем.
А вот на утро этот здравый смысл все-таки соизволил вернуться. Да не один, а в компании со стыдом и словами: «Ну, ты и начудила, Василиса Андреевна».
Эх, чувствую, и устроит мне Тимур, когда соизволит проснуться!
Вчера сдался, не выдержал, а сегодня мозг вынет. Я уже заранее в предвкушении этого торжественного события. Сейчас его опять накроет, решит, что я надумала его попользовать маленько взамен на свободу. Или скажет, что было скучно, и лучше бы уж спал. Или… Да фиг его знает, что там за «или». Это же Тимур! Он сложный. И характер у него такой ядерный, жуть! Хоть опять из дома сбегай, чтобы под горячую руку не попасть.
Дожила, ё-мое! Всерьез подумываю сбежать из собственного дома после ночи, проведенной с парнем!
Да что ж так все сложно-то?
Пытаюсь немного повернуться, так чтобы не разбудить Тимура. Пыхчу, стараюсь, по миллиметру сдвигаясь, замирая через каждые три секунды. Даже дыхание сбилось.
Особенно когда услыхала мрачное:
— Если пытаешься незаметно сбежать, то поздно. Я давно не сплю.
Че-е-е-е-ерт!
Приподнявшись на локте, скуксилась, сморщилась и медленно обернулась.