Прибравшись в гараже, зашел к себе, умылся, переоделся и снова отравился в кабинет, потому что Василиса, похоже, окончательно зависла, разбирая документы.
Тихо подойдя к двери, заглянул, еле сдерживая усмешку. Она сидела на стуле, подобрав под себя ноги, нахохлившись, как воробей.
— Смотрю, документы у тебя больно красочные, — заметил, подходя ближе.
Василиска от неожиданности вздрогнула, подпрыгнув на месте.
— Тимур! Ты ходишь как лесной кот! Тебя вообще не слышно!
— Предлагаешь шаркать ногами и пыхтеть?
— Ну, хотя бы, — проворчала она, — а я вон фотки смотрю.
— Я заметил.
— Хочешь посмотреть со мной?
— Хочу.
Она кивнула на соседний стул, приглашая присесть, что он и сделал, подвигаясь к ней ближе.
Васька листала фотографии, сопровождая короткими пояснениями. Это работа. Это подруги. Это опять работа. Это отпуск, это какое-то семейное мероприятие. А вот и вездесущий Ботаник, причем тех времен, когда их связывала далеко не дружба. Василиса, смущенно кашлянув, быстренько перелистнула на следующее изображение, а Тим лишь хмыкнул.
Странная ревность к Лазареву, наверное, будет жить всегда, и это при том, что он был абсолютно уверен: теперь эти двое просто друзья. Но между ними такие прочные канаты натянуты, что никому не перерубить, не разорвать. Оставалось лишь пожать плечами и принять очевидное: Никита никогда никуда из ее жизни не денется.
Васька листает дальше и снова появляется Ник.
— Да ё-мое, — проворчала она, недовольно поджимая губы. Переключилась на следующее изображение, и снова наглая ботанистая физиономия на экране. Чу, раздраженно всплеснула руками, — засада.
— Вась, не парься, — снисходительно произнес, наблюдая за ее мучениями, — я прекрасно знаю, что вы были вместе. И вы до сих пор друг другу очень дороги. Все взрослые люди, так что можешь не краснеть. Хотя, если честно, я впервые вижу такие отношения между бывшими.
Она сконфуженно опустила взгляд на свои руки.
— Для меня он родной. Старший брат, которого у меня никогда не было.
— Я уже успел это понять. Так что, не переживай."
"Васька кивнула и дальше продолжила показывать фотографии, а Тимур с легкой улыбкой прижал ее к себе, поцеловав в макушку. Он достаточно уверен в себе, чтобы не ревновать к прошлому. У каждого оно свое и никуда от этого не деться.
Они просидели перед экраном еще не меньше часа. Он с интересом смотрел кадры, запечатлевшие различные моменты из ее жизни. Жаль, у него нет такой возможности, он мог бы многое показать и рассказать.
Ничего, осталось три недели, а потом, наконец, можно будет с ней поговорить серьезно. Этого момента он ждал с особым нетерпением, потому что ограничения, не дающие окончательно стать самим собой, уже надоели до такой степени, что хоть на стенку бросайся.