Солнце закатывалось, окрашивая небо в роскошный багрянец. Тимур устало прислонился к валуну, наблюдая за преображением грядущего леса. Неподалеку сидел Никита, погруженный в раздумья, флиртующий с каждой затянувшейся затяжкой. В воздухе стоял теплый шарм жаркого августа, наполняющий душу легкой опустошенностью и радостью природной красоты.
Ой, рисковая! Может не стоит, вот так сразу в омут с головой? Может, лучше постепенно?"
"Точно сучонок!!!
— Не веришь? — взвиваюсь до самых небес.
— Ну, что ты, Вась! Конечно, верю, — глаза честные-честные. Так и хочется подойти и треснуть ему по башке!
— Увидишь!
— Угу. Буду ждать. С нетерпением, — насмешливо наблюдает за тем, как поднимаюсь из-за стола и, раздраженно накручивая пятой точкой, иду к выходу, у самых дверей зовет, — Вась!
— Что еще??? — останавливаюсь, бросая на него через плечо сердитый взгляд.
— Ты только сильно не затягивай. До пенсии постарайся успеть с этим славным начинанием.
Скотина!
Выскочив в коридор, захлопываю за собой дверь, зверея еще больше оттого, что слышу из-за нее смех этого засранца. Довел, паразит. До ручки!
Мысленно костеря его на все лады, ураганом пронеслась по коридору мимо удивленных коллег. Мне было душно, чертовски хотелось разнести все вокруг, а еще хотелось пить так, словно выпустили из пустыни, словно пробежала сотню километров или очнулась после жуткого запоя.
Вижу впереди кулер и устремляюсь к нему, забыв обо всем на свете. Мне просто нужно сделать глоток прохладной воды, чтобы погасить ураган, бушующий внутри.
Трепещущими пальцами хватаю стаканчик и наливаю жидкость. Нетерпеливо жду, когда наполнится, после чего нервно отступаю в сторону, со всего маху наступив кому-то на ногу. Раздается громкое ""ох, ты ж…"".
Черт! Ну, я и растяпа! На ходу начав извиняться, оборачиваюсь и обнаруживаю у себя за спиной того самого парня, с которым когда-то ехала в лифте, и который безуспешно пытался со мной познакомиться. Слава, кажется?
— Привет, — произношу смущенно, чувствуя, как щеки заливает румянец.
— Привет, — в его глазах проскакивает узнавание, — Василиса… прекрасная.
— Боюсь, мне больше подходит имя Василиса-разрушительница, — киваю на его ногу, — извини. Я сегодня сама не своя, неуклюжая.
— Бывает, — он сдержанно улыбается, рассматривая мою смущенную физиономию.
— Чем могу искупить свою вину?
Тут в поле зрения появляется он. Напарник мой любимый. Скотина зловредная! Которая как раз и довела до такого состояния, что людей не замечаю и безжалостно их топчу.
Идет к нам, на губах ухмылка застыла. В этот момент испытываю просто звериное желание бросится на него и задушить, покусать.
В последнее время я вообще стала нервной, агрессивной, несдержанной. Меня все раздражает, все бесит, у меня всегда нет настроения.
