Солнце закатывалось, окрашивая небо в роскошный багрянец. Тимур устало прислонился к валуну, наблюдая за преображением грядущего леса. Неподалеку сидел Никита, погруженный в раздумья, флиртующий с каждой затянувшейся затяжкой. В воздухе стоял теплый шарм жаркого августа, наполняющий душу легкой опустошенностью и радостью природной красоты....
С невозмутимым видом направился к столу, намереваясь забрать свои вещи и покинуть это заведение.
— Тимур! — раздался возмущенный возглас Селаны, — только не вздумай сейчас взять и свалить!
Смерил ее спокойным, чуть насмешливым взглядом и потянулся за кожаной курткой, висящей на спинке стула.
— Если ты сейчас посмеешь уйти, то можешь больше не возвращаться! — завопила она, сердито сверкая ярко накрашенными глазами.
В ответ не проронив ни слова, просто развернулся и пошел прочь. Ни о чем не жалея, ни в чем не сомневаясь.
Выйдя из зала, свернул в сторону служебного выхода, наплевав на недовольный оклик со стороны работника. Сбежал по серым потертым ступеням, толкнул тяжелую дверь и оказался на крыльце.
Студеный осенний воздух тотчас просочился под куртку, пробирая до самых костей. Тимур даже не обратил внимания на такие мелочи. В его жизни были гораздо более страшные вещи, нежели колючая свежесть осенней ночи. Не торопясь, накинул куртку, застегнул молнию и просто замер. Остановился на месте, уперев руки в бока и запрокинув голову к темному небу, усыпанному холодными равнодушными звездами, пытаясь понять, что же теперь.
"Мысли бродили где-то далеко, растерянные, неровные, перескакивающие с одного на другое. Он уже почти не помнил о том, что сейчас произошло в баре. Лишь легкая ломота в сбитых костяшках напоминала о том, что друзей стало меньше. Причем давно. Они уже просто чужие люди.
Как ни странно, это не беспокоило, не угнетало. Было просто все равно.
Сзади раздался громкий удар поспешно распахнутой двери о кирпичную стену, и следом за этим на улицу выскочила кипящая от гнева Селана.
Еще одна ошибка в погоне за призрачным прошлым.
Осмотревшись по сторонам, девушка заметила Тимура, стоявшего чуть поодаль, и со всех ног бросилась к нему.
Подлетев, толкнула грудь. Зло, с силой, от души. Он даже не пошатнулся, глядя на нее сверху вниз.
— Барсадов! Какая же ты сволочь! — зло кричала она, снова толкая, — как всегда на всех наплевать, кроме своей драгоценной персоны? Захотел — пришел, захотел — свалил? Да?
— Да, — просто кивнул, обескуражив ее своим ответом.
Селана начала хватать ртом воздух, не в силах подобрать слова:
— Какая же ты…
— Сволочь? — участливо подсказал Тимур, — повторяешься, милая.
От ироничного обращения она вспыхнула, как свеча:
— Думаешь, я буду это терпеть? Это твое свинское поведение???
Свинское поведение? Да, это он может. В этом он мастер. Но сейчас не хотелось ничего говорить, ничего выяснять.
