Автор
На филиппинском острове начинается Жатва, когда большинство людей лишаются души и превращаются в зомби. Главный герой становится чистильщиком, пытаясь выжить и вернуть долги недругам. Необходимо освоить новые таланты и найти способ покинуть остров перед лицом новой угрозы.
Подавив желание расстрелять отморозка, я призвал вторую волну зомби, четырнадцать отборных особей.
— Проверить ворота и забор! — рявкнул Волошин недобитому претенденту Бенитезу, появившемуся из зарослей. Тот потрусил исполнять прямо так, голышом. — Откуда-то же они тут появились, мать их? — Волошин пнул ползуна. — Ну и мерзость, эти обычно тарятся, а этот, гляди-ка, приперся!
Потом сел на корточки возле Блессики, перевернул ее на спину — она застонала. Женщина была искусана, но жива. Также были живы Дон Крю и Вика Грей, которые приковыляли из кустов. Минус китаец Донг Пэн и минус дозорные.
— Вставай, идем в санчасть, — Волошин протянул руку Блессике, и в этот момент затрещал огонь на втором этаже, что-то обрушилось, из окна вылетел сноп искр.
Волошин вскочил и заорал:
— Пожар! Валите оттуда! П…ц полыхает!
Но вместо того, чтобы спасаться самим, те, кто был в админкорпусе, начали спасать добро, выбрасывая в дверной проем канистры с бензином, пулеметы, ружья, какие-то мешки. Маша, кашляя от дыма, держала дверь, чтобы та не захлопывалась.
И в этот момент в игру вступила пехота: три амбала, все десять шаркунов, один щелкун. Амбалов я натравил на претендентов, ковыляющих шаркунов — на Волошина. Чистильщик рванул к своим, бросив Блессику, и тут на порог вышел Тетыща с обгорелыми волосами и измазанным сажей лицом.
— Все ко мне! — скомандовал он.
Повторять не пришлось. Похоже, местные четко понимали, что сейчас произойдет, и тут же рванули к Тетыще. Воздух вокруг него как-то нехорошо завибрировал.
«Похоже, сейчас Бергман применит свой неизвестный козырь», — промелькнула мысль за миг до…
Когда админкорпус, исходящий густым черным дымом, ухнул, словно его ударили, затрещал, а потом внутри грохнул взрыв, я по ошибке принял это за действие козыря Тетыщи. Из целых окон вырвались языки огня, сбившихся в кучу врагов осыпало мелкими осколками. Маша закричала, закрывая голову руками, Тетыща прижал ее к себе. Едрить-колотить, романтика!
Я велел зомбакам атаковать группу, и они обрушились на людей, скрыв их от моих глаз. Мне думалось, что Тетыща применит оружие массового поражения, что-то типа «Секатора», но зомбаки толпились и уэкали, щелкун жрал Блессику, лежащую в стороне, и, казалось, что ничего не меняется. Вскрикивали люди. Сквозь алчный треск огня, пожирающего здание, доносились автоматные очереди, наваливались бездушные.
И-и-и? Я замер в напряжении.
