Автор
На филиппинском острове начинается Жатва, когда большинство людей лишаются души и превращаются в зомби. Главный герой становится чистильщиком, пытаясь выжить и вернуть долги недругам. Необходимо освоить новые таланты и найти способ покинуть остров перед лицом новой угрозы.
— Это что? — удивился Рамиз, когда я перевел.
Эдрик изобразил невидимый аркан и объяснил:
— Камень. Большой камень. Длинная веревка. Бросать в зомби. Не в тело, в ноги, веревка ноги ронять, зомби падать, его бить.
Вспомнилась игрушка моего детства — штукенция на веревочке, которая возвращалась в руку. Неужели филиппинское йо-йо — ее прототип?
— Интересно, как оно работает, — будто прочел мои мысли Рамиз.
— Покажете, что за зверь это ваше йо-йо?
Младший, Джехомар, рванул в джунгли, а вернулся с увесистым камнем на длинной веревке, которой была обмотана рука. На вид камень был трех-четырехкилограммовым. Филиппинец метнул его в воображаемого врага. Камень упал. Парень быстренько подтянул его и снова кинул. Наверное, если бросить с должной сноровкой да под правильным углом, веревка обовьет ноги, и безмозглый зомби рухнет. Представилось, как со всех сторон на него налетают первобытные человечки с каменными топориками и начинают разбирать. Ну а что, дешево и сердито в умелых руках. Думаю, вряд ли йо-йо смог бы эффективно использовать кто-то из наших.
Я показал «класс», Джехомар самодовольно улыбнулся. Жаль, что местные не подпускают к себе ближе — у них многому можно было бы научиться. От меня им тоже была бы польза: купив уровни, я взял бы их в свой клан и спас от обездушивания. Но разве это объяснишь тем, у кого нет чистильщиков?
Как бы сейчас мне помогла Лиза! Просто тем, что сказала бы, в чем солгали местные. Хотя… эти явно умеют не мешки ворочать.
— Вы наверняка знаете, где лагерь Папаши. А сами где базируетесь?
— В горах, — уклончиво ответил Крис.
— Угу, — хмыкнул я. — На острове. Понятно.
Не хочет говорить. Про численность отряда и вооружение — тоже. Возможно, и про чистильщика, если такой у них есть.
После этого мы с Крисом поменялись ролями — теперь он задавал вопросы: сколько нас, где мы, как вооружены. Раз он соврал, я тоже решил не подставляться попусту.
— Нас триста восемнадцать человек, — ухмыляясь, сказал я. — Есть гранатомет, три «калаша» и танк. Броневик еще есть, — вспомнил я про перспективу эволюции машин в броневики. — Есть оружие и другого плана. Волшебное, если понимаешь, о чем я. Вместе с вами нас полтыщи, получается. По идее, можем закидать Папашу шапками.
Нашу идиому он не понял, но смысл уловил: п…ть мы оба были горазды.
Только, в отличие от Криса, кривить душой я не стал и сказал:
— Как все на самом деле, умолчу. Не считаю нужным открывать карты перед тем, кто мне изначально не доверяет.
