Автор
Погруженный в тень соблазнительного мира богатых и загадочных личностей, он всегда выделялся. Его взгляд — светящийся шаром дымок темной ночи. Что привлекло его к мне? Может быть, моя отказ от его приглашения? Теперь это неважно. Я убегаю из этого места, оставляя за собой лишь воспоминания и тайны....
- Если ты не мажор, то как раздобыл кулон? – цедит Громов.
- Вырвал с мясом.
- Ты вошел в их круг. Ты к ним близок и…
- Нет, ты не понял, - кривлюсь. – Я здесь сам по себе. Никакие круги меня не колышут.
- Не выйдет, - ухмыляется. – Тебе не позволят остаться в стороне.
- И что? – резко дергаю цепь и наблюдаю за его реакцией, дед и бровью не двигает, в лице не меняется. – Зачем ты сюда влез? Зачем заставил попечителей назначить нового ректора? Тебе плевать на мажоров, на рядовых студентов, на их разборки. Ты не выносишь этот универ, потому я сюда и поступил.
- Детишки заигрались, - бросает он и достает сигару. – Пора поставить вас всех на место, а заодно изгнать отсюда паршивых овец. Насилие абсолютно неприемлемо.
Я закатываю глаза. Ну и лицемер.
«Запомни, сын, насилие – единственный метод решения проблемы, - повторял дед, когда я был сопливым мальчишкой, раз за разом выдавал одни и те же фразы, вдалбливал истины, которые считал прописными. – Бей первым. И так, чтобы враг уже не поднялся.
- Ты войдешь в их круг, - говорит Громов. – Они давно пытаются заполучить тебя в свои ряды. Порадуй ребят. Назначь инициацию и присягни на кодексе свято чтить правила.
- Нет, - отрезаю. – Никогда.
- Я должен знать, кто там заправляет, - продолжает ровно, будто и не слышит моего отказа. – Кто поиздевался над той девчонкой, кто подбил на такое. Все имена. Они будут тебе доверять, если ты пройдешь посвящение. Сам подумай, это же благое дело – наказать виновных.
Наконец, до меня доходит."
"- Ты пришел сюда за компроматом, да? – заявляю прямо.
Блеск в его глазах показывает, что я прав.
- Сынок, - широко ухмыляется дед. – Ты реально плоть от плоти моей. Моя кровь. И меня это восхищает.
Долбануться. Жаль, мне нечем выблевать.
- Я не стану тебе помогать, - выплевываю в его самодовольную рожу.
