Соул резко нагнулся, обхватил меня за талию, с силой прижимая к себе, и поцеловал. В первые мгновения начала сопротивляться жесткому захватническому поцелую, но потом перестала. По сути, я сама на это все сейчас согласилась. Это проверка покорности. Нужно попытаться отрешиться и думать о хорошем. Иначе так с ума сойти можно.
Пытаюсь думать о хорошем, но не получается. Нет ничего хорошего уже в этой жизни. Может, переключиться? Попыталась представить, что это не генерал меня сейчас целует, а мой почивший хороший друг Ивен.
Переключиться сразу получилось отлично, но не потому, что представлять жреца смерти на месте генерала хорошо вышло. Наоборот, совершенно не вышло. Рассмешила только одна фантазия о поцелуе. Насколько это было бы неловко и неестественно с безэмоциональным жрецом, настолько смешно, что удалось отвлечься на эти мысли и забыть на время о генерале.
Соул резко отстранился, ожег недовольным взглядом, взял за руку и повел к лагерю. Почему он не доволен? Я ведь полностью подчинилась, не сопротивлялась. Может, он хотел, чтобы я проявила инициативу или накинулась на него в восторге? Так не с той связался. Если только прикажет.
Неожиданно пришла мысль, что сейчас Соул сам себя переиграл. Он упомянул, что ему не так уж нравятся покорные, на все готовые дворцовые любовницы. А тут он вроде бы и победил, добившись от меня требуемого, и в то же время проиграл, потому что больше не с кем играть.
Вот моя страшная маленькая месть генералу в этой безвыходной ситуации — интима вряд ли избежать, так что остается только быть покорным, молчаливым, исполнительным безынициативным бревном. Вот прямо как образцовый имперский солдат буду.
В лагере за время нашего с Соулом отсутствия успели приготовить кашу, от голода мне она показалось просто невероятно вкусной, чуть с ложкой не съела. После еды жизнь капельку улучшилась, но, видимо, чтобы я не расслаблялась, заморосил мелкий дождь. Можно потерпеть и ничем не прикрываться, но все равно дождик докучливый, неприятный.
Тут никаких палаток нет, военные расстелили походные матрасы вокруг мерцающей красными и синими всполохами лучины и готовятся ко сну. Мне на плечи вдруг опускается генеральский мундир. Теплый такой и совершенно сухой. Я слышала, имперская форма шьется из специальной магически обработанной ткани, защищающей от ветра, влаги, сильной жары, так она еще и повышенной прочности. Как кольчуга по плотности.
Перевела взгляд на Соула. Расстилает матрас.
