Пока озеро вроде бы зачищено, никто оттуда пока больше не выплывает, но посмотрим, что будет, если ты появишься там вновь.
Жуть. Это я как наживка, получается, буду.
— Лучше бы вы мне утром об этом сказали, — ворчу я. — Как теперь уснуть?
— Тебе нечего бояться. Я буду рядом. Пока мы не вернулись во дворец, бояться можешь только меня.
С этими словами Соул целует меня в висок, потом неспешно, дразняще так поглаживает по бедру.
— Не страшно, но противно.
Язык — мой худший враг. На миг рука генерала на моем бедре замерла, но потом продолжила свое движение.
— Печально оказаться в проигравших, да, Эль? Твой любимый культ был так интересен, самобытен, страна процветала, технически давно превосходя всех соседей. И вот такой печальный финал. Это так неприятно быть слабой, да? Всеми любимая, гордая, дерзкая жрица исполняет любые желания и прихоти своего врага, обслуживает его, во всем потакает. Стонет от удовольствия под ним. Противно, а выбора все равно нет. Только и остается, что со временем научиться получать от этого своеобразное наслаждение.
Он специально меня выбешивает? Мстит так?
Не договорила, в тот же момент оказавшись лежащей под Соулом.
— Хочешь продолжать спорить, чтобы я доказал обратное? — вкрадчиво интересуется генерал.
Соул поставил в такую ситуацию, когда отрицательный ответ плох — окажется, что я опять противлюсь и не проявляю должного почтения, хотя должна быть любвеобильным послушным бревном, а положительный спровоцирует на продолжение «доказательств».
— Я прошу прощения, господин, я устала сегодня. Позволите ли вы мне немного поспать?
— Спи, маленькая дерзкая жрица, и впредь все же будь осторожнее, ты ходишь по грани.
Мужчина наклоняется ко мне ближе, придавливая своим немалым весом.
— Поцелуй на ночь, Эль. Ты знаешь, что делать.
Конечно, знаю. Вырвать язык, выколоть глаза и…
У меня все внутри переворачивается от того, что необходимо сделать. Обнимаю генерала за шею и притягиваю к себе, поскольку он хоть и близко, но не совсем. Чмокнула в щеку.
— Спокойной ночи, господин, — говорю я, отпуская мага.
Глаза генерала искрятся весельем. Нашел забавную игрушку.
— Спокойной ночи, Эль.
Генерал поцеловал теперь уже сам. Не так, как в поле. Сейчас он все делает неспешно, словно смакуя. Я стараюсь лежать спокойно и никак не реагировать, но это трудно. Пальцы так и сжимаются в то заклинание, что показал Соул. А поцелуй все не прекращается. Генерала не смущает то, что я никак не реагирую.
