Девушка смотрела на современное, будто созданный машиной здание института, отражаясь в ярких лучах заката. Ее короткие волосы блестели под последним светом, как кровь после раны. У нее осталось всего месяц жизни и она чувствовала это как прокол в душевной ткани города.
– Потянувшись, я встал и натянул первую попавшуюся в гардеробе одежду. Хотелось движения, как будто я лежал очень долго и тело прилично затекло. – Где все?
– Отец, Крис и Лекс в кабинете. Ждут тебя.
– Идем. – В последний момент я схватил с тумбочки перстень с красным камнем и надел на указательный палец. – Что, так сильно испугались?
Я знал, что никогда не забуду произошедшее, но постарался отвлечься или хотя бы немного отстраниться от ужасной картины, поэтому торопился в кабинет. Деловые разговоры могут помочь лучше всего.
– Да уж, – сестра покачала головой, едва поспевая за мной, – я, когда увидела тебя, вся заледенела. Вид был, скажем так, несколько сумасшедшим, а когда следом за тобой промчался Лекс, я уже совсем не понимала, что происходит.
– Я уже в порядке.
«Ты лучше это себе скажи», – хмыкнул Барон.
В кабинет я вошел, сохраняя спокойный вид. В глазах заседавших вспыхнули радость и облегчение. Крис порывался что-то сказать, но легкое прикосновение Лекса остановило его.
«Что за черт? Неужели все было так ужасно? Я же всего денек поспал…»
«Не день, а три», – вздохнул Барон.
«Погоди, но ведь это невозможно! Физиология оборотней просто не допускает такой длительный сон!»
Если сказанное котом правда (в чем я в принципе не сомневаюсь), то теперь ясен страх родных.
«Извини, это моя работа, – печально сказал компьютер. – Тебе нужна была разрядка. Сон – лучшее лекарство. Я контролировал твое сознание и, когда ты готов был вернуться в реальность, разбудил тебя».
«Гм, раньше ты не мог влиять на меня».
«Пришлось научиться».
– Проходите, садитесь. – Отец ласково улыбнулся, наблюдая, как мы с сестрой устраиваемся в мягких креслах, а затем посерьезнел.
Я вздрогнул, но больше ничем не выдал своего состояния. Остальные же тактично промолчали.
– Шиальд, ты можешь запретить…
– Зачем? – нейтральным тоном произнес я. – Пользуйтесь. Тем более что это действительно очень поможет нам.
