Девушка смотрела на современное, будто созданный машиной здание института, отражаясь в ярких лучах заката. Ее короткие волосы блестели под последним светом, как кровь после раны. У нее осталось всего месяц жизни и она чувствовала это как прокол в душевной ткани города.
– Может, у меня чисто исследовательский интерес…
– А чего тогда облизнулся? – насмешливо поинтересовался я. – Тебе все равно ее не съесть.
– А то я не знаю, – огорченно вздохнул Барон. – Ну хоть снимки сделаю, а ты потом нарисуешь…
– Давай, – согласился я, понимая, что с удовольствием перенес бы этот вид города на холст.
Следующие несколько часов мы наслаждались перелетами в разные места. Побывали и в лесу и в горах, а затем усталые, но довольные вернулись во дворец. Огненная благосклонно приняла от повара большой кусок мяса и улетела к себе.
– Так, это не то… это тоже не то… да где хоть что-нибудь?! – взвыл я, листая очередной фолиант.
В основном присутствуют баллады, рыцарские романы, теория магии и алхимические книги, а история сплошь заросла красивыми, но абсолютно бессмысленными фразами.
– А что тебя не устраивает? – Кот умудрился дернуть одним глазом, что означало приподнятую бровь. До сих пор удивляюсь его умению выражать эмоции.
– Все! Пока я проберусь через эти хитросплетения слов, уже лето окончится. У этих авторов на диво ужасный язык, – пожаловался я, захлопывая ту книгу, что держал в руках, и беря следующую. Впрочем, ее постигла та же участь буквально через несколько минут.
– Но тогда ты ничего не узнаешь, – пожал плечами Барон, что выглядело довольно смешно.
– Ты напоминаешь мне мать, – проворчал я и взял со стола, на который свалил все выбранные книги, довольно толстый том с удивительно белыми листами. В то же время обложка ясно давала понять, что книга не особо молода. – Что за материал? – Я показал Барону белую страницу, испещренную контрастно-темными письменами.
– Кожа чья-то, – пошевелил ухом кот. Я от неожиданности чуть не выпустил из рук фолиант. – Не бойся, не человеческая.
– А чья тогда? – Я тупо рассматривал страницы, пока не вчитываясь в текст.
– Да мало ли какого животного. Что ты так разволновался? В этом месте – это обыденное явление.
– Все равно… неприятно как-то, – передернул я плечами. Потом отбросил брезгливость и начал просматривать текст. – Опа! То что надо! По крайней мере, история тут точно есть.
