Автор
Желанная – это сказочное путешествие в мир забытых традиций и мистических сил. В углу баба-Яга словно изобразитель жемчугом светится, а каркающим голосом приглашает на рассказы, заполняя пространство свежим воздухом трав и эзотерическими знаниями.
"
"Через стол я посылала отчаянные взгляды Гунхильде, пытаясь мимикой объяснить суть проблемы. Попытке на двадцатой она поняла. Свекровь наклонилась к Давену и что-то прошептала ему на ухо. После чего деверь встал и, захватив пару кубков с медовухой, направился к нам.
— Выпьем, брат? — Давен сел напротив Тора и поставил перед ним кубок. — Сколько лет мы не сидели за одним столом? Поднимем чарки за воссоединение семьи!
От такого тоста Тор отказаться не мог, и братья выпили. Между ними ощущалось напряжение и недосказанность, но враждой я бы это не назвала.
— За твой счастливый брак! — произнес Давен следующий тост. — Пусть тебя благословят боги и пошлют тебе много здоровых сыновей!
Тор пригубил медовухи.
— До дна, — хитро сощурился Давен. — Все же пьешь за сыновей.
Поморщившись, Тор залпом выпил содержимое кубка.
— Эй, подавальщица, — крикнул Давен, — налей нам еще! Хочу выпить и пообщаться с братом, которого я не видел четыре года. Прежде мы ладили. Ты помнишь?
— Хорошее было время, — кивнул Тор. — Мы оба ни на что не претендовали, все по праву доставалось Вилфреду.
— Ты про место тойона? Оно твое, я это признал и готов служить тебе. Просто не давай мне повода сместить тебя.
— И не надейся, не дам, — хмыкнул Тор. Похоже, для братьев такой обмен любезностями был в порядке вещей.
— Знаешь, — вздохнул Давен, — я устал скитаться, хочу жить здесь. Позволишь, а, тойон?
— Это твой дом. Я не могу запретить тебе жить в крепости.
— Верно. Выпьем за упокой старшего брата, — Давен поднял кубок.
Они осушили очередной кубок. Глаза у обоих осоловели, движения потеряли четкость. Если так пойдет дальше, братья напьются. Это была часть плана Гунхильды по устранению препятствий к побегу, и я не вмешивалась.
Примерно через полчаса и пять тостов Давена — выпьем за мою жену (правда, она красавица?), за мать (дай боги ей долгих лет жизни), за отца (покойся с миром, старый дурак), за крепость (пусть простоит еще не один век), за того отчаянного сукина сына, который зажег маяк — Гунхильда кивнула мне.
Я встала из-за стола, но Тор схватил меня за запястье.
— Куда? — муж глянул мутным от медовухи взором.
— Я утомилась и хочу лечь пораньше, — попыток высвободить руку не предпринимала, по опыту зная, что это бесполезно.
— Пусть идет, — сказал Давен. — Или ты повсюду за ней ходишь? Боишься, что снова уйдет к другому? — он расхохотался, придерживая себя за живот.
