Автор
Героиня жертвует всем ради исполнения заветной мечты и попадает в чужой мир магии и варваров. Но сбывшееся желание оборачивается проклятием. Теперь ей предстоит выжить в суровом мире, где женщины бесправны, а грубые мужчины не признают её права на собственную судьбу. Сможет ли она найти...
"
"Новый учитель оказался милосерднее предыдущего. Будь его воля, он бы прокатил меня по полю, придерживая лошадь за поводья. Но так я ничему не научусь, а потому я заставила его дать мне полноценный урок.
Мы выехали после обеда и катались до вечера. В этот раз тело болело меньше. Разве что копчик ныл, но это можно перетерпеть. Просто буду подкладывать дополнительную подушку, когда сажусь. Вернулись как раз к ужину. Времени едва хватило на переодевание.
Тем вечером на ужин я отправилась не одна — Ивар захотел пойти со мной. Я не смогла отказать сыну и, отпустив няню, взяла мальчика с собой, не будучи уверенной, что поступаю правильно. Я давно заметила: детей младше пяти лет на общем ужине не бывает. Возможно, с этим связано какое-то правило, но когда голубые глаза сына смотрели умоляюще, я таяла как воск на горящей свече. Этот ребенок вил из меня веревки!
Держа в руке теплую ладошку сына, я вошла вместе с ним в зал. На нас посматривали искоса, о чем-то перешептывались за нашими спинами, но открыто никто не возразил. И вскоре я поняла почему: люди ждали реакции тойона.
Я внутренне собралась, наблюдая, как Тор поворачивается в нашу сторону. Ожидала встретить хмурый взгляд и услышать замечание, но мужчина улыбнулся. Ивар высвободил ладошку и вприпрыжку побежал к Торвальду. Тот, подхватив его на руки, подбросил к потолку. У меня сердце болезненно сжалось, а Ивар залился радостным смехом. Странно было видеть, как эти двое ладят, но я солгу, если скажу, что мне это не нравилось.
Проблема с присутствием Ивара на ужине разрешилась сама собой. Тойон был не против, а значит все остальные тоже согласны.
Во время трапезы Ивар сидел у меня на коленях — ребенку не место за мужским столом рядом с воинами. Я кормила его похлебкой и попутно говорила с Ингрид.
— Скажи, — обратилась к девушке, — поиски убийцы Вила возобновились?
— С какой стати? — удивилась она.
— Ну, как же… Меня оправдали боги. Неужели не будут искать виновного?
— В этом нет нужды, — отмахнулась она. — Может, боги и решили, что ты достойна жизни, но никто не сомневается, что убийство Вила твоих рук дело. Почему за твой грех должен отвечать кто-то другой?
Я захлопала глазами, переваривая новость. Уверенность местных в моей виновности не сломить. Ну и пусть думают, что хотят. Главное, чтобы ко мне не лезли. В конце концов, у самих руки по локоть в крови. Ингрид вон с удовольствием носит браслет, снятый с какой-то несчастной погибшей девушки, и не стесняется.
