В комнате царила тишина, нарушаемая только дыханием собравшихся. Магистр Аберардус с презрением глядел на студентку Миннелли, требуя расчета нужного праха для земноводного. Однако она не отставала: записывая все в блокнот, уверенно считает и вычисляет количество необходимого материала....
И не без удовлетворения обнаружила, какой ужас отразился на лице сирры Траум от одной этой мысли. Похоже, содержимое для нее было куда более ценным, чем баночка.
— А что, если вы отдадите это содержимое мне? Разумеется, не просто так. Я готова заплатить, и у меня есть деньги. Сколько скажете. Ради этого снадобья я готова на все.
— В самом деле? А если цена окажется слишком высока?
И снова все чувства и мысли были написаны на лице у очаровательной сирры. Она нахмурила лобик и наконец выдала:
— Возможно, мне понадобится время, но я раздобуду нужную сумму.
О боги, я даже злиться на нее не могу. Совершенно бесхитростная и прямо скажем, довольно милая. Значит, такие нравятся магистру Линарду… Да уж, у меня с моим набором сложностей и неприятностей с самого начала не было никаких шансов.
— Мне не нужны деньги, — сказала я и она разочарованно вздохнула. — Но мне нужны ответы на вопросы. И если я их получу, снадобье ваше, вместе с баночкой.
— В самом деле? — ее глаза вспыхнули искренним восторгом.
Я усмехнулась про себя: и это жена начальника императорской безопасности? Остается лишь надеется, что ее супруг не разговаривает во сне и не приносит домой никаких служебных документов, иначе тайны империи точно находятся в зоне риска.
— Я хотела поговорить о хранителе короны. О его смерти, о ночи накануне его смерти. Расскажите все, что помните.
— О, вы об этой древней истории? Я о ней и думать забыла…
Боги, какое же легкомыслие!
— Неужели ваших женихов так часто травят, что вы перестали обращать внимание на такие мелочи?
— Женихов? — она удивленно вскинула брови.
— Но он же действительно собирался оставить жену и жениться на вас?
Она махнула рукой:
— Да, он что-то такое говорил. Но знаете, деточка, этих женатых мужчин, — она бросила на меня оценивающий взгляд. — Впрочем, вы наверняка этого не знаете. Они все время талдычат: брошу жену, брошу жену.
Вот значит как. Я несколько растерялась. И смутилась. Похоже, благодаря этой беседе я узнаю о придворной жизни гораздо больше, чем хотела бы. И все же я быстро справилась со смущением и строго спросила:
— И все же, попытайтесь вспомнить все, что только сможете.
Она пожала плечами.
— Ну, если для вас это так важно… Кстати, а зачем вам? — она впервые проявила какое-то любопытство.
