В комнате царила тишина, нарушаемая только дыханием собравшихся. Магистр Аберардус с презрением глядел на студентку Миннелли, требуя расчета нужного праха для земноводного. Однако она не отставала: записывая все в блокнот, уверенно считает и вычисляет количество необходимого материала....
Разрешение требуется, только если хочешь уехать куда-то на несколько дней. А в Ахрон все студенты ездят сами, и я просто…
Но он меня даже не дослушал:
— Ты не «все студенты». И с тобой ничего не может быть просто. Мне казалось, ты должна была это понять. Ты хоть понимаешь, глупая девчонка, что могла погибнуть?
Он вышел из-за стола, в несколько шагов оказался рядом со мной и теперь нависал с высоты своего роста. Я инстинктивно сжалась. Никогда я еще не видела ректора в такой ярости, и уж точно никогда его гнев не был направлен на меня.
— Вы не говорили, что мне нельзя покидать школу. Откуда мне было знать?
Какое-то время магистр Линард молча сверлил меня взглядом. Больше всего мне хотелось отвести глаза, отвернуться, но я этого не сделала.
— Дай мне руку, — велел он.
Я недоверчиво покосилась на него. Это еще зачем? Но ослушаться не посмела и осторожно протянула ладошку. А через мгновение на запястье с сухим металлическим щелчком захлопнулся браслет.
— Что это? — вскрикнула я, подскочив в места. — Как его снять?
То, что оказалось на моей руке, было уж слишком похоже на наручник, какой надевают преступникам, чтобы заблокировать их магию.
— Вы хотите лишить меня сил? Думаете, это меня защитит?
— С чего ты взяла? — его брови удивленно взметнулись вверх.
— Это наручник?
— О боги, конечно же нет.
Я присмотрелась к украшению, охватившему мое запястье. Ну разумеется, это был не наручник, никто бы не стал делать наручник таким красивым. На моей руке сверкал серебряный браслет. Синий камень обвивали две змеи. Удивительно тонкая работа. Смотрелось жутковато и красиво.
— При помощи этого браслета я всегда смогу тебя найти, — пояснил ректор.
— Вы поставили на меня магическую метку? Вроде маячка? — возмущенно воскликнула я, но ректор проигнорировал мое возмущение.
— Если посильнее надавишь на этот камень, я пойму, что ты в опасности. Попробуй.
— Сейчас? — растерянно спросила я.
— Да, сейчас, — по тону ректора было видно, что он теряет терпение.
— Но я же не в опасности.
Я прикусила язычок. Вряд ли мне стоило сейчас с ним спорить.
— Я бы на твоем месте не был в этом так уверен, — ректор сверкнул глазами, и я поняла, что буря хоть и утихла, но в любой момент может разразиться снова.
