– Ты ничего о ней не знаешь, – заявил Ксейден Кэт, после чего вновь повернулся к Сирене. – Кузница – наш высший приоритет. Как только мы раздобудем светоч, мы будем готовы к работе и сможем полностью обеспечивать ваши нужды. У нас достаточно материала, чтобы начать работу, и это все, что тебе нужно знать, Сирена, потому что ты права. Я тебе не доверяю. Здесь пока двадцать три кинжала. – Он указал на сумки у своих ног.
– Двадцать три? – Сирена вопросительно изогнула бровь.
– Один я оставил себе. – Ксейден даже не думал извиняться. – Или забирай их, или проваливай. В любом случае Гаррик позаботится, чтобы следующая поставка состоялась в намеченном месте. – Он начал отходить назад, не сводя взгляда с летунов. – Это рядом с Альдибаином. Я не скрываю этого от вас, просто не хочу говорить перед всем твоим отрядом.
– Ценю твою честность.
А вот это было свежо и удивительно.
– У вас есть около года, прежде чем они окажутся на ваших границах, – предупредила Сирена.
Мое сердце глухо бухнуло в груди. Я вспомнила, что, по мнению Бреннана, времени у нас еще меньше. Мне нужно будет углубиться в изучение защитных чар, как только я вернусь в Басгиат.
– Мы – единственные, кто стоит между вами. Ты же это знаешь, верно? Или ты по-прежнему прячешь голову в песок в стиле «ничего не говори, на случай если вас будут допрашивать», как это было в прошлом году?
– Мы знаем, – ответил Ксейден. – Мы будем готовы.
Сирена кивнула:
– Я постараюсь уменьшить количество нападений на ваши форпосты, но пока вы не скажете открыто, что снабжаете нас, это все равно что просить наших людей поверить в призраков. Они не доверяют тебе так, как я.
– Как ты остановишь их – твое дело. Я свою позицию озвучил. – Ксейден наклонил голову. – Сунетесь за нашими чарами, и я посмотрю, как вы умрете.
Им нужно создать собственные чары. Это самый логичный путь. Сгаэль выпустила облачко пара. Летун-мужчина вздрогнул, затем забрал сумки, развернулся и передал одну Сирене по пути к остальному отряду.
– Спасибо, – произнесла Сирена, после чего перевела взгляд на меня. – Передай своему дракону, что он по-прежнему самое жуткое страховидло, которое я когда-либо видела, Сорренгейл.
– Передам, но это лишь еще больше раздует его эго, – ответила я, откидываясь в седле, пока Ксейден взбирался по лапе Сгаэль. – Не вздумай умирать, Сирена. Ты начинаешь мне нравиться.
Летунья одарила меня ухмылкой, затем повернулась к девушке:
– Идем, Катриона.
Катриона. Кэт.
Мой желудок подпрыгнул к самому горлу, и это никак не было связано с внезапным рывком Тэйрна в ночное небо. Я вспомнила слова Боди, которые он произнес несколько недель назад: «Я никогда не видел, чтобы он так о ком-то заботился. Даже о Катрионе».
О боги.