Автор
В душе Тео кипит злость, но он боится показаться женственным, когда Маша приходит в гости вместе с новым любовником. Вместе они вырезают жемчужины для Тео из стекла и бусин — это их тайный способ шантажа. А те, кто получает эти подарки, понимают, какое неприкрытой злобы оно может быть, но в душе не желают верить тому, что делается со своей жизнью....
— Конечно могу! — сразу отвечаю я.
На этом разговор наш закончился, так как вернулся Тимофей. Я ожидала его хмурого лица, недовольных фраз, но неожиданно он мне улыбался, легонько чмокнул в щёку, словно приветствовал после небольшой разлуки.
Полагаю, что дела по которым он уходил, его порадовали, слишком уж довольным он был сейчас. Даже вежливо попрощался с Егором, хотя руки уже не протянул.
— Как поговорили? — спросил Кузнецов.
Я взглянула на его сосредоточенный профиль, пытаясь понять, хочет ли он подробностей или просто из вежливости спрашивает.
Этот мужчина имеет лоск, внешнюю привлекательность, но внутри него прячется обычный ревнивец и собственник. Хоть и нужна я ему для его деловых целей, но это не отменяет отношения ко мне, как к его принадлежности. И трогать никому нельзя.
— Нормально поговорили. — меня, прямо таки, подмывает подразнить Тимофея. — Хорошо, что Егор вернулся.
Кузнецов едва заметно дернулся, словно хотел сесть поудобнее, а потом передумал.
— И какие планы у твоего друга? — резче обычного спросил Тимофей.
Я, как мышь в норе, затаилась, пытаясь решить, что отвечать, как вести себя. Страха не было перед Кузнецовым, это точно, но адреналин в крови появился. Дразню я этого кота, дёргаю за усы. Зачем? Наверное, чтобы дать понять, что я свободный человек, несмотря на все наши договоренности.
— У Егора в планах оставаться моим другом. — как можно мягче отвечаю на вопрос Кузнецова.
Мужчина хмыкнул и заулыбался, не отрывая взгляда от дороги.
— Ну и хорошо.
— Хорошо? — вырывается мое удивление."
"— Конечно. Хорошие друзья всегда нужны. — уже без улыбки, но спокойно отвечает Тимофей.
Я не могу отделаться от ощущения, что это не я кота за усы подергала, а он меня. Перевожу взгляд с лица на руки Тимофея, лежащие на руле. Загорелая, крепкая кисть уверенно охватила руль и ведёт машину.
«Именно так, Маргарита, сейчас ведёт он, а не ты!» — говорю себе, пытаясь перевести мысли в другое русло.
— У меня есть информация, что семья Мирослава будет сегодня вечером на приеме.
И сразу понимаю, что меня эта новость не пугает. Мне неприятно их видеть, но страха нет. И есть для этого причина. Она сидит рядом со мной и везёт меня к себе домой. За пару дней Тимофей стал мне и защитником, и помощником, и тем, на кого можно опереться.
Это не отменяет того, что он фактически шантажировал меня, чтобы я согласилась на договор, но это с лихвой перекрывается его заботой.
