Автор
В душе Тео кипит злость, но он боится показаться женственным, когда Маша приходит в гости вместе с новым любовником. Вместе они вырезают жемчужины для Тео из стекла и бусин — это их тайный способ шантажа. А те, кто получает эти подарки, понимают, какое неприкрытой злобы оно может быть, но в душе не желают верить тому, что делается со своей жизнью....
Маргарита обводит взглядом комнату.
— И в доме мамы мне было хоть и хорошо, но настоящим своим домом его назвать я не могу. — девушка хмурится. — А в твоём доме…
— В нашем доме. — говорю твердо и подхожу к Рите ближе.
— В нашем? — только успевает переспросить меня и в этот момент открывается входная дверь и на пороге мы видим отца Риты и её мачеху.
Никольский старший смотрит с недоумением на полный дом людей. А мачеха, Екатерина Леонидовна, выглядит совсем не удивлённой. Дочка её, Наталья, значит уже доложила про все события.
— Папа! — Рита идёт к отцу. И тот обнимает дочь.
— Рита, мне сказали, что тебя похитили! Что с тобой? Как…? — мужчина растерян.
Маргарита гладит отца по плечам.
— Всё нормально пап. Ты где был? Звонила тебе. — голос девушки полон слёз. Стресс и напряжение последних часов дают о себе знать.
Жена Никольского морщится и подходит ко мне.
— Это вас мы должны благодарить за спасение Риточки? — женщина старается говорить искренне, но это плохо получается.
Мне строить из себя вежливого джентльмена не нужно, поэтому пока Рита говорит с отцом, я хочу раз и навсегда решить вопрос с её мачехой.
— Вы и ваша дочь замешаны в похищении Риты. — женщина напротив меняется в лице. — Детали вы расскажете сами. В полиции. Если вы в течение двенадцати часов не сделаете этого самостоятельно, то…
— Как вы смеете⁈ — шипит Екатерина. — Мой муж не позволит так со мной разговаривать!
— Ваш муж хоть и плохой отец, но ваш поступок его не обрадует.
— У него три дочери. — как-то обиженно говорит Екатерина. — Наталью он любит и Женечка его кровь!
— Но только Рита… не ваша дочь. Убрать её вы мечтали давно. Мирослава науськали на ни в чём неповинную девушку. Отцу наговорили про неё и вот уже почти всё получилось, да? — мой гнев поднимается, но стараюсь говорить тихо.
Екатерина берёт себя в руки и надменно смотрит.
— Это голословные обвинения! — фыркает.
— У вас полсуток. Потом записи телефонных разговоров уйдут в полицию. Вы много наболтали с Натальей. А она с Мирославом. Лет на десять точно. Каждой. Плюс записи камер, несколько свидетелей. — с удовольствием вижу, как краска сползает с лица этой мегеры.
— Зачем вам это, а? — уже без гонора лепечет Екатерина. — Вы деньги свои теперь вернёте. Горские из бизнеса вылетят.
