– Отравитель! Ты хочешь, чтоб я сдох у тебя в харчевне?
– Китайская кухня, сеньор.
– Адская кухня, ты хочешь сказать. Разрази меня гром! Пьяные раки, поджарка из мышей, жареная собака и тушеный кот на обед! Если бы здесь был мой брат, он бы лопнул от смеха. Ну что ж, не нужно быть привередами. Если китайцы это едят, то проглотит и белый.
Тот, кто говорил все это, устроился поудобнее на бамбуковом стуле, достал из-за пояса блестящий крис с золотой рукояткой, украшенной алмазами, и принялся разрезать на кусочки аппетитно пахнущую жареную собаку.
Глотая кусок за куском, он между тем принялся осматривать помещение, в котором сидел за столом. Это была комната с низким потолком и стенами, расписанными драконами, какими-то странными цветами и животными, изрыгающими огонь.
Все вокруг было занято стульями и циновками, на которых храпели китайцы с желтыми лицами, накурившиеся опиума, и столами, за которыми сидели уродливые малайцы с оливковой кожей и черными зубами, и полуголые даяки, с медными кольцами на руках и ногах, вооруженные парангами, ужасными ножами в полметра длиной, которыми, вероятно, отрезали немало голов в дремучих южных лесах. Одни жевали бетель, сплевывая на пол, другие опустошали огромные кувшины пальмового вина или рисовой водки, третьи курили длинные трубки с опиумом.
«Гм! – пробормотал наш знакомый, потроша кота. – Какие гнусные рожи! Не понимаю, как этот мошенник Джеймс Брук справляется с такими разбойниками. Он должно быть, сам отъявленный бандит, если…»
Короткий свист, раздавшийся снаружи, прервал его на полуслове.
– Ото!.. – воскликнул он. И, приложив два пальца к губам, ответил на этот свист.
– Сеньор! – выскочил трактирщик, жаривший только что убитую собаку.
– Чтоб твой Конфуций тебя повесил!
– Молчи. Жарь свою собаку и оставь меня в покое.
Мускулистый плотный индиец, почти голый, с шелковым арканом вокруг пояса и крисом, висящим на боку, вошел, обводя помещение большими черными глазами. Наш знакомец, который в это время обсасывал кошачью лапку, поманил его к себе.
Быстрый знак индийца, сопровождающийся многозначительным взглядом, остановил его.
«Какая-то опасность, – пробормотал он. – Надо быть начеку».
Индиец, немного поколебавшись, уселся напротив него. Подбежал хозяин харчевни.
– Стакан пальмового вина!
– А что-нибудь закусить?
– Твой хвост, – сказал индиец, смеясь.
Китаец повернулся, скорчив недовольную мину, и велел слуге принести кувшин пальмового вина.
– За тобой следят? – еле слышно спросил сидящий напротив посетитель, продолжая жевать.
Индиец утвердительно кивнул и громко сказал:
– Приятного аппетита, сударь.
– Я не ел целые сутки, мой дорогой, – отвечал бравый Янес, верный друг Тигра Малайзии.
– Приехали издалека?
– Из Европы.