А вот потом, стоило ему присесть, чтобы помониторить обстановку, вода возле светового столба резко вскипела и в каскаде брызг из неё выметнулись серо-зелёные плоские и широкие ленты.
- Назад! - заорал я, даже толком не успев рассмотреть, что это такое.
Но Головастик и сам был не дурак, и мгновенно рванул на берег. Что тут расстояния-то. Однако, как он не был быстр, ленты стремительно хлестнули и зацепили несколько щупалец Головастика. И натянувшись, попытались утянуть его под воду. Но Головастик вцепился в каменную поверхность изо всех своих немалых сил и, напрягаясь всем телом, пытался вырваться. Судя по тому, как он весь побелел, тянули его мощно. Рядом по воде хлестали ещё другие ленты, но не доставали, а ближе к столбу света вообще вода просто кишела ими. Я замешкался буквально на пару секунд и тут же кинулся на помощь!
Я увидел присланную картинку, как ещё парочка самых длинных лент зацепила Головастика снизу. Даже ментальный посыл был насыщен таким напряжением, что физически ощущалось, как ему тяжело.
Поднырнув, я схватил одну из лент и врубил магию огненной руки! Я так вложился, что вода вокруг вскипела пузырями пара и заклокотала. Лента мгновенно перегорела.Недолго рассусоливая, я ухватил следующую и тоже пережог её.
Тем временем Головастик тоже сражался и не на жизнь, а на смерть! Его псевдоруки втыкали в натянутые ленты треугольные клешни, вырывая клоки плоти. Когти на концах щупалец полосовали, нанося длинные порезы. Рядом падали и гулко шлёпали по воде другие ленты, но не доставали и злобно взбивали пену!
Я воткнул всё ещё пылающую руку в одну из глубоких ран и пережог очередную ленту, едва сам не попав под хапок другой. В это мгновение Головастик напрягся, рванулся и выскочил на берег, заодно обхватив меня щупальцем и вытаскивая за собой. Отползя подальше, мы расслабленно прилегли, наблюдая, как ленты продолжают хлопать по воде, нырять, выныривать, шарить в надежде зацепить ускользнувшую добычу. Минуты две "оно"ещё гоношилось, а затем постепенно успокоилось.
Но мы уже не обращали внимания, а подсчитывали убытки. Собственно, я не пострадал вовсе. А вот Головастику прилетело. Как оказалось, одно щупальце ему оторвали больше, чем наполовину. Одно сильно изгрызли. На парочке виднелись многочисленные ранки, язвы, словно кто-то вырвал куски плоти. Все эти раны стали понятны, когда мы исследовали кусок ленты, длиной с полметра, который так и остался висеть на Головастике, когда я её пережог.
Шириной сантиметров тридцать, плоская и жесткая хрень имела на срезе волокнистую структуру, больше похожую на растительную, чем на животную. С наружной стороны лента была покрыта бугристыми наростами, редкими чешуйками хитина и ещё более редкими коническими шипами, покрытыми тягучей слизью.