Автор
Адриенн только что прибыла на остров Айл де Флер, медленно удаляясь от главного Новой Каледонии. Она быстро расстелила сумку и начала рыться в ней, готовясь к работе. Впереди шесть недель, до которых она должна успеть сфотографировать этого парня, прежде чем он проснется. Инструкции Фостера Трента были на редкость четкими....
Значит, он продолжает врать. К тому же, защищая права туземцев, Ник лишил Адриенн ее находки, которой она так радовалась. И теперь это его мучило.
Может быть, ему удастся убедить ее, что она может оставить себе жемчужины? Он договорится в Нумеа, и Адриенн смогла бы продать их.
– Ну что ж, тогда я знаю, что мне следует сделать, – со вздохом произнесла она.
– Что же?
Уголок ее рта поднялся и снова опустился. Она покатала жемчуг на ладони, затем медленно сжала ее.
– Я должна вернуть жемчужины владельцам. Завтра рано утром, до того, как местные жители уйдут в поле, я хочу поговорить с их вождем.
Ник был шокирован. Что теперь говорить?
– Тебе лучше как следует отдохнуть. Я буду рад поговорить с ним вместо тебя.
– Нет, я должна поговорить сама. К тому же я уже давно хотела с ним встретиться. Если мне повезет, он покажет мне деревню. Ты должен будешь мне переводить.
О черт! Ник сам устроил себе ловушку. Он не мог отвести ее в деревню. Там повсюду стояли ящики, полные раковин.
Даже если жители деревни успеют спрятать их и укроют от ее глаз и тех двух австралийцев, Адриенн все равно пронюхает, что здесь что-то нечисто. Некоторые туземцы неплохо говорили по-английски. Она будет задавать вопросы. И узнает, что Ник сказал ей не всю правду. И тогда Адриенн никогда не поверит, что он старается ради островитян.
Для того, чтобы придумать уважительную причину, ему нужно время.
– Я свяжусь завтра утром с деревней и узнаю у Коли, когда ему удобно встретиться с тобой.
Адриенн обняла его за шею и прислонилась лбом к его лбу. Ник закрыл глаза и блаженно вздохнул.
– Мы же так и не поели.
– Я хочу только тебя.
Улыбаясь, она слегка запрокинула его голову и с нежностью поцеловала.
Нужно срочно уходить отсюда. Его решение вести себя благородно казалось ему поспешным. Он не мог думать ни о чем, кроме напряжения в паху.
– Ник?
– Что?
– Я не могу тебе передать, как я тобой восхищаюсь. Не все люди такие бескорыстные, как ты.
Адриенн убедила Ника, что ему необходимо подкрепиться прежде, чем отправиться на «Лорелею».
В знак того, что она простила ему историю с биноклем, Адриенн открыла бутылку белого сухого вина и запекла устрицы.
После ужина она заставила Ника лечь на кровать. Усевшись на него, она смазала руки кокосовым маслом и принялась делать ему расслабляющий массаж.
