Автор
Тяжеловесный портрет: Булат стучится во мое пространство с изувеченным ребенком в объятиях. Я ошеломлен: муж, которого я считала умершим, стоит передо мной в моей прихожей. Внезапная реальность заставляет меня задыхаться от неожиданности и растерянности.
У каждого из нас были свои обязанности и своя сфера влияния, но даже после их смерти, я перенял часть их дел на себя, а часть была передана в руки самого преданного зятя отца – ныне тоже покойного, мужа моей сестры Ясмины. К сожалению, с его смертью, папа так и не нашел достойную замену, а у меня лишь прибавилось задач, которые тянули меня на самое дно своей неподъемностью."
"Сейчас остался только я.
Я мог бы поступить, как отец, и начать заключать новые альянсы. У меня есть мои вдовствующие сестры Ясмина и Карина, которые беспрекословно исполнят мою волю. Но я не хочу использовать их, как это делал отец. И продолжать дело всей его жизни тоже не хочу.
Проблема папы была в том, что ему не достаточно было того, что у него было. Никогда не достаточно. Он хотел еще больше денег, власти, страха перед его именем. Мне не достает этих амбиций, потому что я просто хочу жить в свое удовольствие. Вот почему я начал избавляться от всего незаконного бизнеса, что не понравилось Джалалу и Ахметовым, нацеленным на этот жирный кусок.
Самое забавное, что Ахметовы реально считают, что имеют право претендовать на что-то. Да, их сын женился на моей сестре Раяне, но он же и убил ее своим жестоким обращением менее, чем через год после свадьбы. У них нет детей, которые могут претендовать на что-то даже в случае моей смерти. Да и мужья других моих сестер своего не упустят, стоит мне только показать слабину. Возможно, они и считают мои действия трусостью, но я продаю бизнес не потому, что не могу удержать власть в руках, а потому что мне просто не хочется заниматься этим. Я не хочу быть самопровозглашенным падишахом, как мой отец. Не хочу, чтобы мои сыновья убивали друг друга в борьбе за власть, а в конце концов, убили и меня. И уж точно не хочу, чтобы Асад был замешан во все это дерьмо.
– Ты глупец, Булат! – яростно кричит на меня мать, узнав от своего верного пса о моих действиях. – Уж лучше бы я родила дочь, чем такого бесхребетного сына, как ты! Ты рушишь дело всей нашей с отцом жизни! Если бы Селим был жив…
– Но он мертв, а других сыновей у тебя нет! – отрезаю я.
Я не задет ее словами, потому что знаю, насколько она помешана на власти. Возможно, даже больше моего отца. Она всегда мечтала, чтобы один из ее сыновей встал во главе семьи. Ей и так удалось больше, чем другим женам. У папы за его жизнь было восемь дочерей и четверо сыновей от разных жен, двоих из которых умудрилась родить она, немало гордясь этим фактом.
