В глубокой тьме и первобытных инстинктах, где пугает каждое движение. Я убеждала себя, что сбегу, но стоя в спальне мужчины, обещавшего меня трахнуть так, что я заикнулась бы от криков, я понимала, что это уже не просто любовь — это бессмертная нежданность. Подвенечное платье на мне скрывает лицо вуалью, и лишь прикосновение его объятий раскрывает страшную правду о моем невероятном предназначении....
Сидит перед зеркалом и расчесывает пальцами влажные волосы, ниспадающие до самой талии, прикрытой широким бесформенным платьем.
Рыжуля… Как же, блядь, паршиво на душе, в груди все ноет и ноет, и не избавиться от этого сраного нытья!
Вскочив на ноги, иду к ней, поворачивая ключ в замке на двери и без прелюдий заходя в комнату. Аза резко разворачивается, удивленно открыв рот.
– Джалал… – тихо говорит она, глядя на меня с настороженностью.
От былой доверчивости и любви не осталось и следа. Не это я надеялся увидеть, когда мечтал о нашей встрече последние пять лет, но мой собственный разум меня обманул.
– Подожди! – панически окликает меня Аза. – Пожалуйста, Джалал! Я уже схожу с ума здесь. Скажи что-нибудь, почему ты меня похитил и что собираешься делать?
– Ничего я не собираюсь с тобой делать, – пренебрежительно усмехаюсь, оборачиваясь к ней.
"Она раскрывает глаза шире, пытаясь взять под контроль свои эмоции, и, меня почти пробирает на смех от выражения ее лица, потому что только женщина могла обидеться на то, что ее похитили не ради нее, любимой, а просто чтобы получить что-то путем манипуляции. Не думал, что Аза из таких девушек, но что я о ней знаю?
– Тогда ты просчитался, – говорит она, отводя взгляд в сторону.
– Неужели? А мне кажется, что раз он не побрезговал взять тебя после меня, то ты ему явно дорога.
Ее лицо морщится в отвращении после моих слов, а в кошачьих глазах разгорается гнев.
– Побрезговал? С чего бы, Джалал? Я человек, а не кусок мяса, который ты разжевал и выплюнул, чтобы брезговать мной! И почему он должен был, учитывая, что вы – мужчины, в отличие от женщин, не храните свою добродетель до брака? Сколько женщин у тебя было до меня? Десятки? И ты еще смеешь говорить мне такое?
– А ты, я смотрю, больно смелая стала с годами, – рычу, разозлившись на ее слова, потому что она права.
– Невозможно быть достаточно смелой, живя с Тагировыми, но унижать себя тебе я не позволю, Джалал.
