В глубокой тьме и первобытных инстинктах, где пугает каждое движение. Я убеждала себя, что сбегу, но стоя в спальне мужчины, обещавшего меня трахнуть так, что я заикнулась бы от криков, я понимала, что это уже не просто любовь — это бессмертная нежданность. Подвенечное платье на мне скрывает лицо вуалью, и лишь прикосновение его объятий раскрывает страшную правду о моем невероятном предназначении....
– Он лжет!
– Серьезно? – насмехаюсь над ее уверенностью, что ему по силам меня одолеть. – Однажды он уже пытался меня убить, но ничего не вышло. Думаешь, во второй раз повезет?
– Заткнись! – начиная злиться, рычит Булат. – Если тебе есть что сказать, то говори прямо. Моя мать не в том состоянии, чтобы насмехаться над ней или устраивать тут очную ставку.
– Она получает то, что заслужила! Было бы очень несправедливо, если бы эта злобная ведьма получила легкую смерть. Бог наказывает ее за ее проступки, так же, как наказал нашего отца.
– Мама, о чем он говорит? – снова обращается он к своей матери, но та упрямо молчит, поджав губы. – Мама, ответь мне! Ты ведь сказала мне, что была там! Что Джалал убил папу!
– Джалал пришел всего лишь поговорить, – уточняю я.
– Заткнись! – выходит из себя Булат. – Мама, скажи мне правду, черт возьми! Не молчи!"
"– Не кричи на меня! – наконец, подает она голос. – Булат, ты не ребенок, неужели не понимаешь?! Все, что я сделала, я сделала ради тебя.
– Ну все, хватит истерить! – обрываю ее, потому что она может продолжать так часами, не выдавая нужную мне информацию. – Расскажи лучше, причем тут Селим.
