В глубокой тьме и первобытных инстинктах, где пугает каждое движение. Я убеждала себя, что сбегу, но стоя в спальне мужчины, обещавшего меня трахнуть так, что я заикнулась бы от криков, я понимала, что это уже не просто любовь — это бессмертная нежданность. Подвенечное платье на мне скрывает лицо вуалью, и лишь прикосновение его объятий раскрывает страшную правду о моем невероятном предназначении....
– Аза, Аза… Ты хоть представляешь, как тебе повезло? Ты когда-нибудь станешь главной женщиной в семье Тагировых, дочь. Так что выбрось из головы глупые вопросы и займись собой.
– Хорошо, – послушно отвечаю я, понимая, что объяснений не будет.
Иду в свою комнату и раздевшись, направляюсь в душ, потому что только там я смогу найти немного уединения. Теплая вода смывает мои слезы и заглушает тихие всхлипывания, пока я оплакиваю смерть всех своих надежд и безрадостное будущее с тираном вроде моего отца.
* * *"
"– Ты помнишь, что я тебе говорила, Аза? – спрашивает меня Элиза в ночь перед свадьбой.
Все прошедшие семь дней я прожила с мыслью, что вот сегодня я точно сбегу, но так и не решилась ничего сделать. Пока просто не сломалась и не выложила все своей мачехе. И про нашу вторую встречу с Джалалом Тагировым и про его очередные приставания. Рассказала, что готова принять смерть, лишь бы не становиться его женой. В порыве отчаяния просила ее убить меня.
– Не смей даже думать об этом! – встряхнула меня Элиза.
– Но я не хочу, чтобы он прикасался ко мне! Я не хочу даже находиться рядом с ним, Элиза. Прошу тебя, помоги мне! Может, мне сбежать?
– От твоего отца с его связями, не говоря уже о Тагировых, далеко не убежишь, Аза, – покачала головой она, глядя на меня, как на полную тупицу. – Тебе же будет хуже, когда поймают, а они обязательно тебя найдут рано или поздно.
Она долго убеждала меня в своей правоте и в конце концов я с ней согласилась, и вот теперь, видимо Элиза решила, что я могу в страхе реально попытаться сбежать перед самой свадьбой, вот и напоминает о том разговоре.
– Тебе не нужно беспокоиться и сторожить меня, Элиза, – пожимаю ее руку, лежащую на моем плече.
