— Конечно, буду только рад, — поднял наши сомкнутые руки и, заглянув мне в глаза, поцеловал тыльную сторону моей ладони."
"Отчего-то этот жест показался очень личным, как и пристальный взгляд его темных глаз. Сердце в груди застучало быстро-быстро, к щекам прилил румянец. Оставаться рядом с этим ходячим тестостероном и оставаться спокойной оказалось крайне сложно. Вернее, невозможно.
Что там Серж говорил насчет страсти? Кажется, с этим в наших отношениях проблем не будет.
— Эмма, — улыбаясь, привел меня в чувство отец, — тебе стоит отдохнуть и прийти в себя.
— Да, конечно. — Серж с неохотой отпустил мою руку. Я направилась к двери и только там вспомнила, что вообще-то не решила проблему. — Отец, а как же знахарка с малышкой?
— Пусть пока живут, — махнул он рукой. — Потом придумаем, куда лучше направить твою проснувшуюся тягу к благотворительности.
Я вздохнула, услышав шум за окном, и почувствовала запах озона.
Дождь.
В этом краю он шел часто, но был слабым и кратковременным, а в приграничье, где находятся земли генерала, он идет гораздо реже.
И почему у меня в голове сейчас всплыла эта информация?
Внезапно я почувствовала себя ужасно одинокой в этом новом, иногда непонятном, иногда пугавшем меня мире. Как-то разом накатили воспоминания о похищении, о страхе, который я испытала, поняв, что моей судьбой вот так просто решил распорядиться какой-то юнец. Вспомнился ужас после смерти убитого у меня на глазах бородатого мужика и нескончаемое напряжение последних дней, когда приходилось быть сильной и решительной.
Нет, я привыкла к этому: быть сильной, самодостаточной, решительной. Рядом со мной не было мужчины, с которым я могла быть слабой. Но именно сейчас всего этого оказалось для меня слишком много.
Я повернулась на бок, притянула к груди колени, всхлипнула и внезапно для самой себя разрыдалась. За окном грохнул гром, занавески от поднявшегося ветра поднялась пузырем, но меня это мало волновало — я рыдала, выплакивая накопившееся напряжение.
— Что это такое?! — раздалось от двери, и в комнату быстрым шагом вошла мачеха.
Она подошла к окну и быстро его закрыла. — Эмма, почему в грозу твое окно открыто?
Она подошла ближе и в осветившей комнату вспышке разглядела мое заплаканное лицо.
— Эмма, — она села со мной рядом и погладила по голове. — Ненужно так убиваться. Замужество для каждой женщины — это благо. Вот родишь своему генералу парочку ребятишек и сможешь жить в свое удовольствие.
— В с-смысле? — всхлипнула я.
