Автор
В палате реанимации Дженнифер Диана медленно открыл глаза, утонув в бесконечных тенях ночи и заботящихся лиц. Юлия Вебер стояла рядом, ее взгляд скользил между белым полотном и белой кровью. Она была несказанно разочарована тем, что гипноз не помогает восстановить сознание Дианы. Диана почувствовала на себе их взгляды и поняла, что ее жизнь стоит жертвы....
- Я же сказал, пусть Марина приезжает, - разрешил я, - если тебе так будет легче, я готов встретиться с ней еще раз. Скажи только, что не мудака перед глазами видишь.
Диана покачала головой и отвернулась. Это был вечер, когда я узнал о смерти Вадима. Его семья ждала меня, но я заметил, что с Дианой происходила чертовщина, и выехал не сразу.
- Эмин, не говори глупости. Просто я устала и хочу спать.
- Хорошо.
- Эмин, - Диана встрепенулась, - почему ты так быстро согласился на все условия Дамира? Почему не отвез Камаля в пансионат? Что вы с Дамиром скрываете от меня, Эмин?
- Позже, ладно? Если причина только в этом, ложись спать и не думай о плохом.
Диана ушла спать, я уехал, а через несколько дней из Калининграда прилетела Марина - гордая и своенравная бабушка моей жены. Я так и видел в ней молодую Диану. Марина была разве что не ранимой – это все, что отличало их.
Они обнялись, расплакались, а через несколько часов уже что-то готовили на кухне. Только Диане лучше не становилось. Она потухала на глазах.
Мне нужно было немного времени - я до сих пор отходил после смерти Вадима, в глазах все еще стояло мертвое холодное дело и оцепленная территория его дома. И его дети с овдовевшей женой. Вадим доверил их мне. Своего наследника, своих дочь и жену.
В ту ночь в жене Расторгуева я почему-то увидел Диану, а в его сыне - собственного сына.
Жена Вадима заливалась слезами, беспомощно озираясь на меня.
- Эмин, что теперь нам делать? Они вернутся, да?
- Я не знаю, - процедил беспомощно.
«Но обязательно узнаю», - пообещал себе. Я был без понятия, как зовут его жену. Я редко ее видел, да и будем честными: мало кто знает, как зовут мою жену. А если знают, то лишь благодаря ее отцу Анархисту.
- Умоляю, Эмин, - зарыдала вдова, напоминая о себе, - спаси хотя бы наших… моих детей! Вадим сказал, что ты не оставишь нас в беде. Вадим… боже мой, он мертв.
Меня передернуло от ее воплей.
А я так смогу? Просто уйти из жизни своей семьи, доверив их судьбы левому мужику, как Вадим доверился мне?
Дамиру я их точно не доверю.
