Автор
В палате реанимации Дженнифер Диана медленно открыл глаза, утонув в бесконечных тенях ночи и заботящихся лиц. Юлия Вебер стояла рядом, ее взгляд скользил между белым полотном и белой кровью. Она была несказанно разочарована тем, что гипноз не помогает восстановить сознание Дианы. Диана почувствовала на себе их взгляды и поняла, что ее жизнь стоит жертвы....
В моих глазах менялись картины – одна за другой. Запястья с толстым белом шрамом. Это следствие прикованных рук и ног. В свое время эта кожа были перетерта до крови. Я тяжело сглотнула: Анархист не мертв – он жив в нашей памяти, он втерся под кожу навечно.
Я отыскала Дамира в переговорной. Он сидел на кресле и пил воду, смотря ровно перед собой. Я присела рядом.
- Дамир Бессмертный, - сказала я зачем-то, и тут же пожалела.
Мужчина улыбнулся, а я в ответ погладила его запястья – там, под рубашкой, были ужасные следы пыток.
Все пострадали от рук Анархиста.
Но больше всего от зверя досталось Алиеву. Израненное тело - тому подтверждение.
- Я только одного не понимаю, Дамир, - я нахмурилась, - за что же Эмин так сильно ненавидит тебя? Почему отказался от твоей поддержки, когда Анархиста не стало? Я помню, это было ужасное время: на нас давили со всех сторон, Эмину любая помощь была чрезвычайно важна.
- Ты уверена, что хочешь знать это, Диана? – горько усмехнулся Дамир.
- Хочу. Скажи мне, Дамир, - попросила я.
"Мужчина протянул руку, заставив меня вложить в нее свою. У Алиева была грубая ладонь, чуть шероховатая, но такая же смуглая. Как у Эмина.
Его глаза, пережившие ужас, скользнули по моему телу выше, находя мои глаза. Голубые.
- Анна была очень красивой женщиной. Как и ты.
Дамир повторялся, будто помешанный на Анне. Не сейчас - когда-то, но от дурного предчувствия меня пробрала дрожь. Я хотела одернуть руку, но Дамир не позволил.
- Причем здесь ты, Дамир?
- Ты знаешь историю о том, как твоя мама сбежала от Анархиста в постель к другому мужчине.
- Да… говорил. Его звали Игроком.
Мой язык начал заплетаться, а в глазах темнеть.
Это слишком жестоко, чтобы быть правдой.
- Верно, моя девочка. Игрок развлекся с Анной, а после – бросил ее. Говорят, за секс с женщиной Анархиста Игрок по сей день числится мертвым.
Язык прилип к небу от нереальности происходящего.
Я подергала онемевшими пальцами на руке, но они были крепко сжаты рукой Дамира.
- Да, Диана. Я - и есть Игрок. И я выжил.
Глава 20
Я замолчала. Правда, ненадолго.
- Нет, - я нервно усмехнулась, - нет. Этого не может быть. В конце концов, у Анархиста не бывало осечек.
- Я его первая осечка, как ты говоришь, - печально усмехнулся Дамир.
Я одернула руку. И от Дамира отшатнулась.
- Вы спали с моей мамой?
- Твоя мама - это та самая причина, по которой Эмин ненавидит меня.
- Но Эмин сказал, что Игрок мертв, - вспомнила я.
