Автор
В палате реанимации Дженнифер Диана медленно открыл глаза, утонув в бесконечных тенях ночи и заботящихся лиц. Юлия Вебер стояла рядом, ее взгляд скользил между белым полотном и белой кровью. Она была несказанно разочарована тем, что гипноз не помогает восстановить сознание Дианы. Диана почувствовала на себе их взгляды и поняла, что ее жизнь стоит жертвы....
- Какого хрена без звука, Коль? – я чертыхнулся, - хочу слушать и слышать, что она говорит.
- В настройках заведомо указано снимать без звука, - подсказывает Коля.
В телефоне маленькой все видео, а их нашлось около пяти, были без звука.
И вот это тоже.
Что ты говоришь на камеру, Диана? Я тоже хочу знать. Хочу слушать тебя.
Я смотрел в маленький экран и пытался понять ее речь по губам. Не выходило. Она лежала на кровати в бордовой пижаме в снежинках, волосы ее были аккуратно собраны в косу – бабушкина выдержка, я почти уверен.
В ее счастливых глазах плескались смешинки.
Я такой ее не видел. Не довелось. Хотя зрелище интересное – ее беззвучный смех, смешинки…
Это было домашнее видео. Личное, откровенное. Нежное. Смотреть его было лучшим лекарством от тоски, только не от любви.
Я пригляделся: и вот она снова смеется, запрокидывая голову. Затем прикрывает зубы губами - мило улыбается, вертит головой влево и вправо. Возможно, позирует для фото и совсем не знает, что ее снимают.
Знать бы только, кто снимает, и о чем она говорит с оператором.
Я недовольно вздохнул и перелистнул видео. На камеру она болтает без умолку. Беззвучно. Диана нарочно звук выключила, скрыла, утаила. Будто знала, что однажды ее телефон может попасть в мои руки."
"Я открыл фото. Здесь было погуще, около десяти кадров. Остальное маленькая наверняка хранит на жестком диске, а это оставила, чтобы пересматривать на работе. Теперь я знал, как выглядит ее работа и бабушка Марина – в телефоне нашлось и селфи, и снова чертовое без звука видео, на котором Марина шустро сажала картошку, а Диана заливисто смеялась рядом с ней.
Уже губы сводит от улыбки, но все равно наблюдаю, как Диана ставит камеру на сруб и принимается помогать бабушке. В какой-то момент камера выключается, улавливая последние моменты изгибов ее тела.
Листаю дальше.
Фото с коллегой. Фото с мамой – тут уже без улыбки, сердито. Чисто на память. Здесь и гадать не нужно: отношения с бабушкой в семье лучше будут, оно и не мудрено – характером в Марину моя девочка пошла.
Листаю дальше. Фото с Дамиром нет. Интересно, не успела?
- Эмин Булатович, вы слышите?
Я поднял глаза: Коля то и дело поглядывал на часы.
- Лететь пора. Край.
- Сейчас, Коля. Еще раз пересмотрю и пойдем. Подождут.
Пальцы немного затряслись, когда я начал быстро пролистывать кадры. Снова.
Бабушка. Мама. Коллега. Несколько подружек с потока. И сама Диана. Пятнадцать файлов. Чертовски мало. И людей мало.
