Автор
В палате реанимации Дженнифер Диана медленно открыл глаза, утонув в бесконечных тенях ночи и заботящихся лиц. Юлия Вебер стояла рядом, ее взгляд скользил между белым полотном и белой кровью. Она была несказанно разочарована тем, что гипноз не помогает восстановить сознание Дианы. Диана почувствовала на себе их взгляды и поняла, что ее жизнь стоит жертвы.
Машины Эмина сменялись со скоростью света – какие-то он брал в аренду, когда разъезжал по другим городам, а какие-то покупал, чтобы было свое, родное. Поэтому я даже не запоминала их. Кроме одной, что долгое время была у него в Волгограде - цвета серого асфальта. На ней он забирал ту израненную девочку из Сибири.
- Ключи, - Коля протянул руку и пояснил, - Эмин велел забрать ключи от вашей машины.
Я покорно отдала все, что у меня есть.
Даже свой выбор отдала. Свою жизнь. Тело. Все взамен на маленькую радость - снова увидеть сына.
Мы не развернулись назад, а поехали дальше. Неужели Эмин решил пожалеть сына и не утомлять его ночными переездами?
Эльман спит или проснулся? Испугался или...
А если они уже разговаривают?
Эльман сидит спереди рядом с отцом или сзади? А как же детское кресло? Я прикусила губу. Черт, а если Эмин решит накормить сына сладостями или тем, что ему совершенно нельзя?
Я похолодела.
- Коля, прежде чем меня увезут и не позволят увидеться с сыном, ты должен кое-что сообщить Эмину.
- Что ему нужно сообщить?
Я тяжело вздохнула.
- У Эльмана страшная аллергия на глютен. Не спрашивай, как мы об этом узнали, но теперь ему приходится остерегаться многих продуктов и даже лекарств. Сам Эльман еще не понимает опасности и запросто может съесть что-то не то.
Я выудила из кармана памятку, сложенную вдвое. Список был огромен: здесь были как запрещенные продукты, так и разрешенные, и даже список с лекарствами, в которых содержится глютен. Я всегда сверялась с этой памяткой, хотя давно привыкла к новому рациону сына и порой дорогим продуктам, исключающим содержание глютена.
- Держи, вот список запрещенных продуктов и их замены. Здесь все проверено годами. Передай его, пожалуйста, Эмину.
- Понял, сейчас сообщу.
Я благодарно кивнула. К счастью, Коля набрал Эмина сразу и сообщил об имеющейся опасности, а у меня словно камень с души упал. Возможно, Эльман сказал бы Эмину об аллергии и сам, но я опасалась, что встреча с отцом затмит разум ребенка.
Что сейчас чувствует сын? Страшно ему, как мне, или любопытно? Или он вовсе сейчас счастлив от долгожданной встречи с папой? Эльман грезил увидеть отца, и вот – свершилось.
Я горько вытерла веки, глуша в себе страх потери.
Нет, Эмин не отнимет у меня сына. Разыграет спектакль наподобие того, что сейчас творил Коля, но не более.
Он не настолько жесток.
Да и любовь… его сумасшедшая любовь не отпустит меня. Не отпустит нас.
Я горько усмехнулась и посмотрела в окно: дорога стала мокрой, шел дождь.
