– Потрясающая редкость. – Эзра коснулась указательным пальцем браслета. – Неужели клятва не предписывает скрывать его?
– Только не распространятся о том, как и где он был добыт, – тонко усмехнулась Арфель."
"– Я знаю, что в императорской сокровищнице всего шесть таких браслетов. За исключением тех браслетов, что уже носит правящая семья. – Каэль подошла поближе и ненавязчиво оттерла Эзру в сторону. – Ты когда-нибудь назовешь мне имя своего отца?
– Оно весьма распространенное и даже немного безвкусное, – фыркнула госпожа Льефф. – К тому же я не хочу, чтобы ты нашла его и прокляла чем-нибудь неприятным.
Каэль подняла взгляд с лунного убийцы на подругу и запредельно серьезно сказала:
– Теперь я прощаю ему все, что он не сделал тебе.
– Эм, не сделал? – нахмурился Ричард.
– Не признал, не дал своей фамилии, не позволил… Много чего не позволил. – Каэль поджала губы и сердито добавила: – мать Арфель забеременела в браке, вообще-то.
Сердито нахмурившись, госпожа Льефф громко произнесла:
– Большое спасибо, дорогая подруга! Ты ведь знаешь, как сильно я люблю обсуждать обстоятельства своего рождения!
– Прости. Спать?
– Спать, – кивнула Арфель и добавила: – всем доброй ночи, Ричард, леди Эзра.
– Доброй ночи, – эхом откликнулся целитель, врачевательница только кивнула и быстро ушла.
До комнаты госпожи Льефф подруги шли молча. У двери Каэль окликнула травницу:
– Ты действительно собираешься спать?
– Хотела подогреть воду и попить успокоительного взвара, – честно сказала Арфель. – Завтра утром мы покинем Ондиниум.
– Да, завтра утром будет сожжен последний мост, – вздохнула Каэль. – Поделишься взваром?
– Только если я сяду на подоконник, – пошутила Арфель. – Ты всегда занимаешь мое любимое место.
– Потому что я тоже люблю подоконник. Да ладно, не дуйся, влезем вместе.
И они действительно смогли поместиться на одном подоконнике. Каэль отпивала горячий отвар мелкими глотками и демонстративно морщилась – горько.
– Он всегда такой гадкий? Зелье ведь без особого привкуса.
– Зелье готовится в три этапа, а тут мы просто вскипятили воду и кинули туда траву, – закатила глаза травница, – конечно, оно будет мерзким, гадким и каким угодно, кроме приятного вкуса. Полезное редко бывает вкусным. От природы вкусным.
– Ты можешь мне хоть что-нибудь рассказать? – помолчав, спросила Каэль.
Тяжело вздохнув, Арфель поудобнее перехватила чашку и честно сказала:
– Сегодня я не давала никакой клятвы. По одной простой причине – я дала ее больше десятка лет назад. Все мои разговоры с отцом попадают под эту клятву. Если, конечно, мы находимся наедине.
Прикрыв глаза, травница начала про себя отсчитывать секунды.