Автор
В таверне "Чайный дворик" Арфель замечает мирную сцену, где приличные люди ожидают приятного времяпрепровождения. Свет ламп и теплый воздух создают непринужденную атмосферу, в которой нет места пьяным дракам или буйности. Арфель чувствует себя комфортно здесь, как и большинство ее знакомых....
Я бы билась в падучей и вопрошала, какого такого хрена ты ни черта мне рассказала. Когда, с кем и почему.
Каэль замолчала, а госпожа Льефф преисполнилась искреннего недоумения, но не стала перебивать подругу. Она тоже прекрасно знала крутой и упертый нрав госпожи Хемм и понимала, что той нужно высказаться. Иначе диалог не получится.
– Но я знаю тебя и знаю, что для такого щекотливого разговора ты бы пыталась подыскать идеальное время. Которого на самом-то деле не существует. – Каэль покивала сама себе и отвернулась от окна.
Госпожа Хемм поперхнулась воздухом и возмущенно воззрилась на подругу:
– Каким ребенком, Эль?!
– Твоим. Нашим? Я буду крестной матерью, и это не обсуждается, – госпожа Хемм мечтательно улыбнулась, – если это будет девочка, то я научусь заплетать чудные косички. Правда, Ондиниум придется покинуть – бастарду здесь жизни не дадут. Зато в столице нравы проще, да и можно солгать, что ты была замужем, но муж погиб. Но выезжать надо в ближайшее время.
– Остановись, Каэль. Я не могу быть беременна. Никоим образом, – уверенно, с каплей насмешки произнесла Арфель. – Если ты, конечно, не имеешь в виду концепцию непорочного зачатия. Но я не думаю, что это возможно.
– Ты издеваешься? – раздраженно спросила Каэль. – Серьезно, концепция непорочного зачатия? Откуда только слово такое выискала – «концепция», оно даже в столице непопулярно!
Скрипнула дверь, и в спальню вошел кто-то еще.
– Моя пациентка может говорить правду.
– Все могут говорить правду, – огрызнулась Каэль, – но почему-то предпочитают лгать. Или вы верите в «ветром надуло»?
– Ветром – не ветром, но я теперь знаю, что меня так смутило в ауре госпожи Льефф.
Целитель наконец прошел к центру комнаты, и Арфель смогла его увидеть. Темные густые волосы мастера была всклокочены, как будто он постоянно запускал в них пальцы.
– Здравствуйте, мастер, – улыбнулась Арфель, вспоминая о манерах. – Приношу свои искренние извинения, что вам пришлось наблюдать меня не в лучшем виде.
– И вы здравствуйте, госпожа Льефф, – вздохнул целитель. – И ваш вид был не худшим, что мне довелось наблюдать на этой неделе.
– Мне бы про ауру подробности, – напряженно произнесла Каэль.
– С легкостью.
