Автор
В глубокой тьме комнаты, волосы женщины превращаются в живые потоки воды, забираясь под кожу. Она сдается перед угрозами, но решительность Демида пробуждает ее готовность вырваться из этого кошмарного уголка. Тихий стук за дверью разрывает спасение в тьме — атмосфера напряженности и отчаяния клубится вокруг нее, как густой мрак....
Похоже, «Жена моего брата» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Отслойки плаценты нет. Шейка закрыта.
— Кровь из-за чего? — не поворачиваясь спрашивает Демид.
— Будем выяснять! Пока — отдыхай. Завтра ещё тебя посмотрим.
Демид выходит вместе с ней и опять негромко беседует прямо за дверью. Мне помогают переодеться, и перекладывают на большую медицинскую кровать.
Сейчас он уедет, и я останусь совсем одна. Ведь даже телефона со мной нет. Но он возвращается. Скидывает пиджак. Закатывает на рубашке рукава. Я залипаю сонным взглядом на его красивых венах, мужских узловатых кистях.
Передвигает мягкое кресло на колесиках ближе ко мне.
— Поспи. Я здесь буду.
— Тише надо сказать… — двигаю губами.
— Я уже написал ему. Он завтра приедет.
— Ой, не надо ему сюда…
— Хорошо. По телефону тогда пообщаетесь. Завтра привезут.
Снимает с моих рук увесистые браслеты. О, да. Чувствую облегчение. Непослушными пальцами вытягиваю серьги и тоже отдаю ему.
— Спасибо Вам…
Гладит мою руку через простыню.
— Что произошло в комнате, Злата?
Понимаю, что надо рассказать. Но с детства привитое отвращение к ябедничеству и не желание выносить мусор из избы не дают мне.
— Злата! Быстро, давай, — рассерженно.
— Я упала на кровать, — хмурюсь я.
— Ты кричала «отпусти».
— Мы… повздорили. Он схватил меня. За талию.
— И швырнул на кровать?
— Да.
— Дальше…
— Всë.
Тяжелый вздох.
— Ладно, спи. Завтра поговорим.
Гладит по волосам. Это очень успокаивающе.
— Ноги мерзнут, — бормочу я.
— Это из-за кровопотери.
Встает в ногах, через одеяло растирает ступни.
В палату заглядывает медсестра.
— Там… — разводит руками с недоумением. — К Черкасовой муж. Ещё один.
Родион! Нет уж. Пусть убирается к черту!
— У меня только один муж, — сердито бормочу я, поддерживая версию Дэма. — И он здесь!
Глава 32. Без вины виноватые
Мой врач, Ольга Владимировна, смотрит на меня очень внимательно, как будто желает что-то выпытать.
— Ты уверенна, что не хочешь поговорить с психологом? — переспрашивает она.
— Уверенна… — ничего не понимая пожимаю плечами. — О чем говорить?
— О ситуации домашнего насилия, например.
Заторможенно хмурюсь. Поднимает мою руку, несколько ноготков сломано. Это я сломала сметая с комода все, что полетело в голову Родиона.
— У тебя серьезная гематома на голове. И истощение.
