Автор
Жена моего отца — это ожесточенная сцена переживаний и мелодраматичной трагедии. Автор создает атмосферу ужаса и неперенесимой боли, заставляя читателя близко войти в изнурительную душевную страдальческую боль главной героини. Кладбище становится местом, где холодный мир обрушивается на женщину, лишённую надежды и справедливости....
— Ну как ты? Не заскучала? — спросила девочку, когда вернулась в комнату.
Света лишь улыбнулась в ответ. Видно, что сил совсем нет у ребёнка.
Послышался стук в дверь.
— Да, — ответила я.
Вошла женщина с подносом, видимо, та самая гувернантка, что нанял для Светы Артур.
— Ой, здравствуйте, — дружелюбно кивнула брюнетка. — Артур Кириллович не предупреждал, что у нас гости.
— Это не было запланировано. Что у вас? — заглянула я в тарелки.
— Бульон для Светланы. Она очень плохо кушает, — вздохнула женщина.
Вроде бы неплохая.
— Так понятно, она болеет. Давайте мне бульон, я покормлю её сама. А вы идите.
Гувернантка спорить не стала и отдала мне поднос.
— Меня Дина зовут. Если понадоблюсь — зовите. И после еды нужно дать Свете лекарства, — сказала женщина мне.
— Ирина, — представилась я. — Хорошо. Я дам лекарства сама. Пока я здесь, вы можете заняться другими домашними делами.
— Артур Кириллович не давал такого распоряжения, — сказала она.
— Идите, Дина, — настойчиво ответила ей и отвернулась.
— Ну давай, малышка. Надо покушать. Ты слышала — нужно выпить лекарства, а перед этим обязательно поесть.
Послышался звук закрываемой двери. Дина ушла.
— Я не хочу, Ир, — застонал ребёнок.
— Надо, — настырно ответила ей и протянула ложку с бульоном. — Открываем рот.
Света отрицательно помотала головой, отворачиваясь от еды.
— Так, — строго сказал ей.
— Конечно, рада. Ты чего? — уставилась на меня девочка.
— Тогда ешь. А то я обижусь. И не научу тебя восточным танцам.
Света с укором смотрела на меня.
— Это шантаж.
— Да, милая. Именно шантаж. Ну? Хотя бы немного, сколько сможешь. Восточные танцы.
— Ладно, — буркнула она и открыла рот навстречу ложке.
Много она, конечно, не съела, но половина тарелки оскудела. Света откинулась на подушки и вздохнула. Всё же была голодная.
— Теперь лекарства, — скомандовала я, убирая в сторону поднос и беря с полки препараты.
Налила в стакан воды и поднесла Свете.
— Берём, — продолжала я командовать.
Ребёнок послушно выпил выданные пилюли.
— Теперь спать. Хорошего отдыха. Телефон где?
— Тут, — показала она мобильник на тумбочке.
— Заряжен?
— Да.
— Тогда если что — звони.
— Ир, ты правда останешься? — посмотрела она недоверчиво.
— Да.
— И Артур разрешил? — удивилась Света.
