На террасе особняка со сверкающими камушками, зеленым газоном и милыми деталями декора, создается идеальное место для семейного отдыха. Уютный дом на двух уровнях кажется больше предназначенным для дружной семьи, где можно расслабиться с чашкой чая, наблюдая за детьми в саду....
Глава 2"
"Стоило мне распахнуть массивные металлические створки, как мимо меня вереницей проследовали парни в курьерской спецодежде с коробками и пакетами в руках. От такой вопиющей наглости я застыла на месте, изумленно приоткрыв рот.
Ребята уверенно входили в дом, дверь которого я впопыхах забыла закрыть, и оставляли свою ношу прямо на полу в холле.
Двинулась за ними и остановила одного, придержав за рукав, но, потеряв дар речи от шока, смогла лишь грозно посмотреть на парня. Курьер стушевался на секунду, а потом кивнул в сторону ворот, и я, повернув голову, обомлела…
В проеме появился Максимилиан.
— Макс, — шепнула ошеломленно, не понимая, какие эмоции во мне бурлили в этот момент. — Что ты здесь делаешь? Что это? — не отрывая от него взгляда, махнула рукой на ребят в спецодежде.
— И тебе привет, — с улыбкой, но при этом печальным тоном произнес Стравинский. — Это подарки для принцессы Александры…
За первой партией курьеров появилась вторая, но уже с цветами.
— А это цветы для тебя, — хрипло объяснил Макс, пока я пораженно следила за ребятами, которые быстро справились со своей работой и сейчас покидали двор. –
Двенадцать букетов, по одному за каждый месяц, который ты растила и воспитывала нашу дочь. И тринадцатый от меня — лучшей жене и матери моего ребенка…
— Чертова дюжина? — нервно хихикнула я.
«Принцесса Александра», «наша дочь», «мать моего ребенка»… Он обо всем узнал, но как? От кого? А ведь было бы лучше, если бы я сама ему рассказала…
Испуганно устремила взгляд на Макса и всмотрелась в его бледное, грустное и, кажется, разочарованное лицо. Он был не похож сам на себя: разбитый, осунувшийся, уставший, будто не спал несколько суток, и… такой несчастный.
— Карина, у меня лишь один вопрос, — с какой-то обреченностью в голосе произнес он. — По твоему мнению, я такой подлец, что не имею права знать о родной дочери? Почему ты сама не сказала мне?
Я виновато опустила голову и зажмурилась.
